Fallout - Equestria

Внутри были два объекта, один из которых я видела ранее, правда, через бинокль: антимех-винтовка. Только эта была совсем нетронутая, с золотым стилизованным под пламя филигранным узором, явно сделанным на заказ, тёмными цитринами на стволе и гравированной именной табличкой "Гром Спитфайр". Она была разобрана на части, чтобы уместиться в сейф. Требовалась некоторая сборка.

Увидев массивную пушку, Каламити присвистнул.

Моё внимание привлекла небольшая коробка рядом. На ней была знакомая яблочная эмблемка, хотя здесь было одно яблоко, а не три, как на Малом Макинтоше. Я извлекла коробку наружу. У неё был свой замок, но он выглядел сравнительно просто.

— Самоцветы на стволе? Да, видал такие раньше, — сказал позади меня Каламити, всё ещё впечатлённый оружием, — На них чары, которые гасят отдачу. Эт для того, чтоб пегас мог стрелять и при этом не сбиваться с курса.

Я хихикнула. Он наверняка решил, что был проницателен.

— Нравится? Она твоя. — Я улыбнулась. — У меня даже есть немного патронов для неё.

Коробка с яблоком щёлкнула и открылась. Я поняла, что видела похожую коробку раньше — в сейфе Винил Скретч. Как и та, эта содержала в себе четыре шара памяти.

Я поставила открытую коробку на пол. Позади меня, Каламити изо всех сил старался не запищать от радости.

— Спасиб те, Лил'пип. Эт очень мило с твоей стороны...

— Каламити, — я утихомирила его улыбкой. — Посторожи тут. Я, возможно, буду недоступна некоторое время.

Оранжевогривый пегас обратил внимание на коробку с шарами памяти и кивнул, повернувшись ко входу в хранилище в боевой готовности.

Я направила свой рог в сторону коробки, подняв первый попавшийся шар памяти, и сфокусировалась на нём. Банк, Каламити и вся Эквестрийская Пустошь исчезли в небытие.

<-=======ooO Ooo=======->

Эпплджек смотрела на меня, как будто я потеряла рассудок.

— И вот какого сена ты это на себя нацепил?

Я очень надеялась узнать больше о прошлом... и, если повезёт, о Кобылах Министерств. Но обнаружить одну из них, обращающейся ко мне, вблизи и лично? Это лежало за гранью везения.

Комната вокруг нас была очень похожа на номера в Башне Тенпони, как они должны были выглядеть первоначально. Может быть, это был Министерский Центр? На фоне играла песня, которую я слышала раньше:

“О, как мне бурю усмирить,

Когда война в твоих глазах?

О, как тебя мне защитить,

Когда повсюду ложь и страх?

И когда всё, что было мило,

В руинах обрело могилу,

И вам не выжить здесь –

Нам шепчет глас впотьмах.”

Мне понадобилось мгновение, чтобы вспомнить это, но я однажды видела СтилХувза, фактически очарованного этой песней.

— Чтобы запомнить этот вечер, — почувствовала я, как произносят мои губы. Слова были произнесены мягким, низким, рокочущим голосом. О, Луна... это был голос СтилХувза! Более учтивый и совсем не такой резкий, как у гуля, которого мы знаем, но это определённо был он.

Как, чёрт возьми, это воспоминание завалялось здесь? В этом банке? Только теперь мне стало ясно, что СтилХувз, должно быть, знал, что это за здание, не потому, что заметил его вчера, а потому, что помнил это.

— А вот фигушки. Я не собираюсь с тобой ничего делать, пока на тебе этот нелепый реколлектор, Эпплснэк! — Эпплджек топнула ногой. — А ну, снимай сейчас же.

Постойте, чего? О нет. Мне правда, правда не следует быть здесь. Это же... личное. И...

— Я свяжу тебя. Твоим же лассо.

Эпплджек выпучила глаза. На её веснушчатых щёках проступил румянец.

О, милостивая Селестия, прояви милосердие. Мало того, что я вторглась в личные воспоминания СтилХувза, так этот парень ещё и был возбуждён. Я ощущала горячую напряжённость, которой мне отчаянно хотелось избежать. Я взмолилась Богине, чтобы она вытащила меня из этого воспоминания, избавила меня от него. И моего спутника-гуля тоже. Он не заслуживал, чтобы я была здесь. И я очень не хотела здесь находиться.

Глаза угрожающе прищурились.

— С чего же это ты взял, будто можешь превзойти меня с моим же лассо, солдатик?

(Часть моего мозга замерла, удивляясь, что сельская пони, ставшая важной политической фигурой, влюбилась в городского жеребца, ставшего солдатом).

СтилХувз... нет, Эпплснэк наклонился вперёд (то горячее давление у него в паху стало для меня совершенно невыносимым) и сипло прошептал:

— Потому что знаю, что тебя это заводит.

Слишком много информации! Пожалуйста, Селестия, Луна, кто-нибудь... остановите воспоминание... я хочу сейчас же кончить! Ааааа! То есть, уйти. Я хочу уйти!