– Отдай!
Лицо солдата было искажено болью, он, похоже, даже не слышал приказа, поэтому декурион просто выдернул его из седла и вскочил на коня сам. Воин, тяжело ударившись оземь, завопил от боли, древко дротика сломалось.
– Все, кто верхом, за мной! – выкрикнул декурион, разворачивая коня и направляя его вдогонку за вражеским отрядом. – За мной!
Он пригнулся, припав к гриве скакуна, а тот стремглав рванул с места, повинуясь новому всаднику. Оглянувшись, декурион увидел, что за ним, отделившись от остальных, скачут четверо воинов. Пятеро против восьми – не лучшее соотношение сил. Зато, по крайней мере, дротиков у противника больше нет, а копье и щит дают преимущество перед любым, кто вооружен лишь мечом.
Декурион гнался за неприятелями, полный решимости посчитаться с ними, но разум подсказывал ему, что в первую очередь надо думать не о мести, а о спасении проклятого грека, из-за которого на него обрушились все эти несчастья. Дорога плавно пошла под уклон, и сверху он увидел, как враг галопом мчит в трех сотнях шагов впереди. Еще дальше, опережая погоню примерно на треть мили, скачут преторианцы с греком, все еще поддерживая того в седле.
– Вперед! – бросил через плечо декурион. – На перехват!
Не сбавляя хода, группы всадников спустились в долину, пересекли ее и начали подъем по пологому склону. Лошади противника, стремглав скакавшие долгое время, начали уставать, и расстояние между ними и декурионом стало неуклонно сокращаться. Охваченный радостным возбуждением, он лупил пятками в бока лошади и кричал ей в ухо:
– Вперед! Скорее! Еще чуть-чуть!
Дистанция сократилась вдвое. Сейчас отряд противника перевалил через гребень холма и пропал из виду, но декурион понимал, что он и его люди перехватят врагов прежде, чем они настигнут преторианцев и грека. Оглянувшись, он еще больше воодушевился, увидев, что солдаты не отстают и поэтому не придется биться с противником в одиночку.
Дорога снова пошла под уклон, и впереди, всего в трех с небольшим милях, уже показался гигантский правильный квадрат лагеря командующего: обширное пространство, обнесенное земляным валом и частоколом и заполненное огромным числом палаток, образовавших сложный узор. Три легиона и несколько вспомогательных когорт, всего около двадцати пяти тысяч вооруженных людей, собрались там, чтобы выступить в поход, найти и уничтожить армию Каратака и его союзников-бриттов.
Впечатляющее зрелище, но декуриону было не до того, ведь всадники впереди вдруг развернули коней и поскакали назад, ему навстречу. Останавливаться и ждать, пока его нагонят собственные бойцы, не было времени: он прикрылся овальным щитом и, выставив вперед копье, нацелил острие в грудь ближайшего противника. Миг – и он уже в гуще врага. Удар толкнул его назад, отдавшись болью в плече, пальцы не удержали древко копья, но сдавленный крик врага сообщил ему, что острие нашло цель. Вокруг него закружились вражеские плащи, конские гривы и хвосты. Удар меча обрушился на щит, клинок со звоном отскочил от выпуклой бронзовой накладки. Декурион пронесся сквозь гущу противников и, натянув поводья, тут же развернул коня, одновременно выхватив меч. Раздались крики и лязг клинков – подоспели остальные кавалеристы.
Высоко подняв меч, декурион устремился в центр схватки. Его люди дрались отчаянно, но врагов было вдвое больше. Отбивая удар одного противника, боец оказывался открыт для другого, и пока подоспел командир, двое уже истекали кровью, лежа на земле рядом с вражеским воином, выбитым из седла копьем декуриона. Ощутив движение слева, декурион едва успел нырнуть вниз и уйти от клинка, который разрубил металлический обод его щита и застрял в нем. Он резко рванул щит, силясь вырвать меч из руки противника, и одновременно широко взмахнул собственным клинком, разворачиваясь врагу навстречу. Сверкнула сталь, распахнулись глаза неприятеля, осознавшего грозящую опасность, и он мгновенно отпрянул, так что острие меча лишь рассекло ему тунику и слегка оцарапало грудь.
– Дерьмо! – выругался декурион, сжав бедрами лошадиные бока, и стал сближаться с врагом, готовя новый удар.
Желание покончить с противником заставило его забыть об осторожности, и он не заметил, как спешившийся воин подбежал сбоку и нанес ему колющий удар в пах. Ощутив скорее толчок, чем боль, декурион оглянулся и увидел, как враг отскочил в сторону, держа в руке окровавленный меч. Декурион понял, что ранен, но думать об этом времени не было: все его люди уже лежали на земле, им удалось повергнуть лишь двоих всадников из этого странного молчаливого отряда. Враги сражались так, словно лишь в этом было их предназначение.
Читать дальше