Александр Гельман - Зинуля

Идут дальше. В окне женского общежития, на третьем этаже появляется Нина.

Нина. О, привет! Клава, Людочка так и не спит! Скажи своей подруге, пусть зайдет, поцелует ребенка, и девочка уснет!

Они стоят у подъезда общежития. Зинуля молчит. Петренко незаметно дергает Клаву — мол, давай, давай, зови. Но Клава какая-то безжизненная, она боится смотреть Зинуле в глаза.

( Не выдержав, Зинуле.) Ты что, не можешь зайти на минутку? Девчонка вся изревелась! Она еще размышляет!..

Петренко. Зинуль, я подожду, если надо… покурю тут…

Зинуля что-то почувствовала — пристально всматривается в Петренко.

Ну, чего ты? (Засмеялся.) Думаешь, убегу, что ли? Ну, пошли, я тоже зайду… если боишься. Смешная ты! Пошли, Клава… покажешь свое произведение! (Входит в подъезд.)

Клава (шепотом, сдавленно). Зайди… хоть с Людочкой попрощайся.

Зинуле не по себе, что-то сердцем предчувствует, но рядом стоит Клава, в окне — Нина. Петренко пошел наверх, там ждет Людочка… Она открывает дверь, входит в подъезд.

Коридор женского общежития. Петренко уже здесь — один.

Петренко (встречая, кричит на лестницу). Ну куда, Клавдия? Комната какая?

Клава (появляется вместе с Зину лей). Налево, угловая.

Зинуля идет, однако, вправо.

Зина, ты куда? Она у себя в кроватке.

Зинуля. Я подарок возьму. (Скрывается в одной из комнат.)

Слева, из угловой комнаты, выскакивает Нина.

Нина (злобно, Клаве). Ты что наделала? Там же Людочка, мы ее туда перенесли! Договорились же!

Петренко. Спокойно! Куда ее надо?

Нина. Вон туда! (Показывает на комнату, из которой вышла.)

Клава стоит растерянная, у нее дрожат губы.

Зинуля (возвращается в коридор. С удивлением). Так она же здесь — Людочка! У меня в кровати. Спит. (Клаве.) Зачем ты обманула?

Нина (подходит к Зинуле, бесцеремонно берет ее за локоть). Пойдем, поешь. Там для тебя приготовлено. (Грубо тянет Зинулю в угловую комнату.)

Зинуля (вырывает руку). Ты что, пьяная?

Нина (снова ухватилась). Пошли, пошли! Тебе надо поесть.

Зинуля. Я не хочу есть. (К Петренко.) Идем.

Петренко. Куда — идем? Ты поешь, поешь… я подожду…

Голос Вали (из глубины коридора). Зи-ну-ля! Не верь им! Они тебя обманывают! Они меня закрыли! И тебя хотят закрыть! Они сговорились! Не верь им!..

Зинуля (побледнев). Что здесь происходит? (Кричит.) Что здесь происходит?! Нина, немедленно выпусти Валю!

Петренко. Ты за Валю не беспокойся! Тебя зовут жрать — иди! (Делает шаг к Зинуле.) Ну!

Клава (не выдержав, кричит). Не надо-ооо!

Петренко (налившись кровью). Что — не надо?.. Что — не надо? (Зинуле.) Иди, вон туда, ешь! Никуда мы не пойдем! Они меня попросили, я тебя привез, вот и все! Придумала — водозабор! Тебе лечиться надо!

Голос Вали. Откройте меня! Откройте меня!

Но Зинуля уже ничего не слышит — она рванулась, бросилась из коридора. Петренко одним прыжком ее догнал — сграбастал, поднял в воздух, понес. Она бьется, кричит. Валя тоже кричит. Клава плачет. А Петренко, перед которым Нина открыла дверь приготовленной комнаты, сделав шаг внутрь, поставил Зинулю на ноги и сильно толкнул — чтоб отлетела подальше. Он захлопнул дверь, Нина повернула ключ.

Петренко (Нине). Не вымай! Ключ на место! А то там другой ключ найдет, откроет!

Нина вставляет ключ.

( Клаве.) А ты, писюха, — не берись, если не умеешь! (Грозно уходит.)

Голос Зинули. Что вы сделали — откройте! Сволочи! Выпустите меня!

Голос Вали. Выпустите ее! Выпустите ее! Откройте!

Клава стоит посередине коридора, набычившись, вобрав голову в плечи. Вдруг кинулась к двери, оттолкнула Нину. Но та ее схватила сзади, поволокла. Клава кричит, бьется, но Нина втащила ее в одну из комнат и тоже заперла.

Голос Людочки (из другой комнаты). Мама! Моя мама!.. Мамочка! Мамочка!

Голос Клавы. Людочка! Людочка! Нина, выпусти меня немедленно!

Голос Зинули. Я требую — откройте! Откройте! Выпустите меня!

Голос Вали.Выпустите ее! Выпустите меня!

Нина несколько подрастерялась, но не очень. Она курсирует от двери к двери, как надзирательница.

Нина (у одной из дверей). Людочка, спи! Ничего с твоей мамой не случилось! Спи! (У другой двери.) А ты, Клава, вообще заткнись — сама за ней пошла, а сейчас орешь! (У следующей двери.) Зина! Там на столе еда — поешь! Специально для тебя оставлено! В термосе — чай! В тумбочке остаток водки — глотни, спать будешь лучше! (У следующей двери.) Валя, прекрати! Зина уже успокоилась, а ты кричишь! Что — лучше было бы, если бы она сейчас там в лесу сидела?.. (На выбежавших из разных комнат полуодетых девчат.) Что повыскакивали? Отбой!