Джон Гей - Опера нищего

Ныне Ротерхайт, в XVIII в. предместье Лондона на правом берегу Темзы, в районе пристаней и доков.

Своеобразное наказание, которому население Лондона подвергало пойманных с поличным воришек; если поблизости находился какой-нибудь водоем, то преступника погружали с головой в воду и держали, пока он не начинал пускать пузыри.

( Хокли-ин-де-Хоул, или Хокли Хоул) — одно из популярных мест развлечений в Лондоне XVII — первой половины XVIII в., известное кулачными боями, борьбой, травлей медведей, быков и собак. Стало синонимом грубой силы, невоспитанности, дурных манер.

Филч, как начинающий мошенник, должен выучить Катехизис (краткое изложение Священного писания в форме вопросов и ответов), так как знание последнего облегчало судьбу юного преступника, впервые представшего перед судом в Олд-Бейли — смертная казнь могла быть заменена ссылкой в колонии.

Район Лондона, где расположен сад, театр и рынок того же названия. Во времена Гея здесь находились притоны и публичные дома, поэтому слова Полли «на рынок Ковент-Гардеиский свезут» имеют и другой, более зловещий смысл. Рынок существовал с 1661 по 1974 г.

Эта песенка была сатирой на лорд-мэра и высмеивала его методы управления английской столицей.

В начале XVIII столетия огурцы в Англии были диковинкой. Одни медики считали их ядовитыми, другие — «охлаждающими» и вызывающими простуду.

Жертвы ограбления нередко помещали объявления в газетах, где обещали вознаграждение за возвращенную вещь. Скупщики краденого за определенную сумму возвращали вещь владельцу. Пичем, прежде чем вернуть законным хозяевам шпагу с серебряной рукоятью и часы с репетицией, давал их поносить членам своей шайки, чтобы те смогли произвести благоприятное впечатление в обществе и войти в доверие к очередной жертве.

Район Лондона, где находились улица и театр того же названия. Один из центров проституции в XVIII в.

(Танбридж-Уэллз) — модный курорт с минеральными водами, приблизительно в 35 милях к юго-востоку от Лондона в графстве Кент.

Поэт Александр Поуп отмечал, что именно эта песенка, трогательно исполненная Лавинией Фентон (английская актриса, первая исполнительница роли Полли Пичем), была поворотным моментом в судьбе спектакля в вечер премьеры: после слов Полли «Но на веревке той же самой висит теперь и жизнь моя» зал разразился громом аплодисментов.

«Весна опять в поход сзывает» (фр.)

Уолпол и его методы правления государством вызывали ненависть всех передовых людей того времени. В состав оппозиции входили многие друзья Гея. Для создания параллели между «великим министром» и подонками общества пресса, принадлежавшая к оппозиционным кругам, использовала образ разбойника и скупщика краденого Джонатана Уайлда. Приблизительно с 1724 по 1742 г. «великим человеком» в Англии называли как Уайлда, так и Уолпола.

Лондонский городской палач, имя его стало нарицательным для обозначения палача вообще.

Мелодия песенки взята Геем из комедии Джорджа Фаркера «Офицер-вербовщик» (1706): песенка капитана Плюма (действие 3, сцена 1). Музыка композитора Ричарда Левериджа.

Народная старошотландская мелодия песенки взята Геем также из комедии Джорджа Фаркера «Офицер-вербовщик»: песенка сержанта Кайта (действие 2, сцена 3).

Тело казненного преступника, как правило, забирали его родственники. Мху Кистеню не повезло: тело его брата Тома свезли в анатомический театр на Манкуэлл-стрит, где подвергли вскрытию в научных целях. Сцену в анатомическом театре У. Хогарт изобразил на листе 4 своей серии «Четыре степени жестокости» — в нишах зала стоят скелеты.

Район Лондона, где находились питейные заведения, винные лавки, ночлежки; здесь можно было посмотреть кулачные бои. В отчетах лорд-мэра за 1735 г. указывалось, что «Мур-Филдз сгубил гораздо больше молодых людей, таких, как подмастерья, рассыльные, ремесленники и т. д., чем любая другая семинария порока в городе».

Марш из оперы Генделя «Ринальдо» (1711). Ремарка «с барабанами и трубами» имеет определенное значение: в английском театре той поры выход героя (короля, монарха, полководца) всегда предварялся звуками труб и барабанов. Таким образом, шайка разбойников приравнивается Геем к великим героям трагедии.