Василий Новгородцев - Труп

– Ты чего? – Олег с непониманием посмотрел на девушку.

– Ничего. Сейчас, пописать схожу, – ответила Саша, надела футболку и, прихватив влажные салфетки и фонарь, поспешила выползти из палатки.

Она пошла в сторону леса, покинула темную поляну, обошла заросли дикой малины, двинулась в чащу. Саша продиралась через кусты, желая отойти как можно дальше от лагеря, но, когда какофония ночных звуков зазвучала громче ее тяжелого дыхания, а на лицо налипла паутина, страх заблудиться все-таки взял свое.

Саша спустила штаны, присела. Свет фонаря освещал высокую траву и торчащие из земли корни сосны, неизвестные ей черные ягоды. Над головой сквозь кроны проглядывали необычайно яркие звезды и серый полукруг луны. Саша перевела фонарик в другую сторону и увидела в паре метров от себя торчащие носками вверх кроссовки. От кроссовок вглубь пышного кустарника уходили ноги в джинсах.

Фонарик в ее руках задрожал, она с трудом сдержала чуть было не вырвавшийся крик. Несколько секунд, не отводя расширившихся от ужаса глаз, глядела на кроссовки в трясущемся свете. Помочившись, Саша быстро поднялась, натянула штаны, не выпуская из виду ноги. За все это время они ни разу не шелохнулись. Первым порывом было броситься бежать, но девушка подавила его – вдруг человеку нужна была помощь? С колотящимся сердцем она сделала несколько шагов по хрустящей лесной подстилке. Слегка толкнула кроссовок ногой в сандалии, но тело осталось неподвижно. Борясь со сковывающим страхом, Саша раздвинула густую листву, продралась сквозь колючие ветки, нерешительно направила луч фонарика туда, куда тянулись торчащие из куста ноги.

Короткий громкий вдох, сдавленный визг, прижатая к губам ладонь. Саша побежала к палатке. Высокая трава, кусты, хлещущие лицо ветки – она словно не замечала всего этого. Перед глазами застыл вздувшийся живот, темное желтушное лицо без всякого выражения. Деталей она не запомнила, весь вид мертвого тела слился в черный жуткий образ, гонящий прочь.

Олег, лежа на животе, играл на планшете, когда Саша влетела в палатку. Растрепанная и напуганная, она не замечала, что свет фонарика бьет ему прямо в глаза.

– Ты чего? – спросил Олег, подполз к девушке, обнял ее напряженное тело. – Что случилось?

Саша тяжело дышала, изо рта вырвались только нечленораздельные звуки. Ей пришлось сделать над собой усилие, чтобы произнести: «Там труп». Поглаживая девушку по вспотевшей спине, Олег спросил:

– Что за труп? Заяц?

– Блядь, нет! Я говорю труп, человек! Мужик! – выкрикнула Саша, и

Олег отстранился.

– Какой мужик?

– Откуда я знаю, какой?! Мертвый, блядь!

– В лесу?

– Да!

– Рядом с палаткой?

– Да! Ну, нет, дальше там, – она махнула рукой в неопределенном направлении. Олег недоумевал. Он собирался сказать, чтобы она не выдумывала глупостей и ложилась спать, но уж чересчур напуганной и возбужденной выглядела девушка.

– Тебе не показалось? В темноте, мало ли.

– Нет, – уверенно ответила Саша. Слишком хорошо она помнила куст, безжизненные ноги.

Олег замолчал, задумался, почесал бороду. Саша окликнула его, спросила, что они будут делать, и Олег решил, что самым разумным будет сначала убедиться в ее словах.

– Я туда не пойду, – Саша отползла глубже в палатку.

– Ну я же сам его не найду, – натягивая штаны, отозвался Олег.

– Зачем вообще идти?

– Надо убедиться.

– В чем? Я ж говорю, там труп мужика! Давай просто поедем домой.

– Саша, мы никуда не поедем. Кто, ты машину в такую темень поведешь? Тем более мы пили, забыла?

Девушка не нашлась, что ответить. Олег выполз из палатки, позвал Сашу, и с фонариками в руках они направились в сторону леса. Олег поежился от ночной прохлады, втянул воздух и выдохнул короткое недовольное «Ох, блядь». Саша ничего не сказала.

Они прошли по примятой траве, мимо сломанных убегающей девушкой веток, и вскоре остановились у куста черных ягод. Кроссовки все также торчали из густой листвы.

– Еб твою мать, – произнес Олег, подходя чуть ближе. Он раздвинул ветки, заглянул под куст. – Пиздец.

Желтое, покрытое пятнами лицо, лет сорока-пятидесяти, короткие серые волосы. Вздутый живот, руки вытянуты вдоль тела. На трупе были спортивные брюки, рубашка и куртка из кожзама.

– Я говорила! – произнесла стоящая поодаль Саша, обнимая себя одной рукой, второй направляя луч фонарика на Олега. Тот толкнул тело ногой в живот, и из горла мертвеца вырвался хриплый стон. Саша закричала, Олег отпрыгнул от неожиданности.