ДЖОЗЕФ. Ты всегда была потерянной девушкой. Так что должна постараться не быть столь несчастной.
АННА. Любовь слеплена из несчастий.
ДЖОЗЕФ. Но теперь тебе получше, правда, дитя? У тебя своя дочка. И дерево посреди спальни, и старые тикающие часы на кухне.
АННА. Часы не ходят. Они из отеля, но время остановилось.
ДЖОЗЕФ. Часы – ерунда. Ты нашла любовь своей жизни.
АННА. Нашла?
ДЖОЗЕФ. Если не нашла, так скоро найдешь. Вероятно до того, как я починю эти часы. У тебя такие прекрасные глаза. Никто не знает, какого они цвета.
( Пауза ).
АННА. Дедушка?
ДЖОЗЕФ. Что?
АННА. А если человек встречает любовь своей жизни, но не узнает?
ДЖОЗЕФ. Ты узнаешь.
АННА. Но, если я узнаю его…
ДЖОЗЕФ. Что?
АННА. Тогда я должна его убить?
ДЖОЗЕФ. С чего ты захочешь ему убить?
АННА. Я не захочу. Но если мне придется?
НИНА ( за сценой ). Мама?
АННА. Все хорошо, любовь моя. Мама здесь. Спи. ( Пауза ). Дедушка, я думаю, я его убью.
ДЖОЗЕФ. Что-то его убьет, рано или поздно. Любовь всегда убивает, в самом конце.
АННА. Часто я встаю глубокой ночью и смотрю на свою спящую дочь.
ДЖОЗЕФ. Она очень красивая.
АННА. Но все красивое умирает.
ДЖОЗЕФ. Да.
АННА. Ты умер.
ДЖОЗЕФ. Да. Но я не был красавцем.
АННА. Был. Для меня был. Твое пальто до сих пор у меня.
ДЖОЗЕФ. Я знаю.
АННА. Иногда я надеваю его, когда мне очень холодно. Оно огромное.
ДЖОЗЕФ. Да.
АННА. Ты был высоким и очень сильным, очень добрым и терпеливым со мной, и я очень тебя любила, но ты умер.
ДЖОЗЕФ. Да.
АННА. Мне было четырнадцать, и ты умер, и у меня не осталось никого. Почему ты умер?
ДЖОЗЕФ. Потому что остановились часы.
АННА. Любовь моей жизни – высокий мужчина.
ДЖОЗЕФ. Да.
АННА. Я не знаю, сильный ли он. Надеюсь, что сильный.
ДЖОЗЕФ. Это трудно – быть сильным.
АННА. Возможно, если он очень сильный, мне потребуется много времени, чтобы убить его.
ДЖОЗЕФ. Возможно.
АННА. Мне так хочется вернуться в отель призраков.
ДЖОЗЕФ. Он был замечательный.
АННА. Почему у меня такое сильное чувство, что все здесь уже случалось прежде?
ДЖОЗЕФ. Возможно, случалось прежде, но больше уже никогда не случится.
АННА. Но мне кажется, это то самое, что я ждала всю жизнь, а потом все просто исчезает, как отель призраков.
ДЖОЗЕФ. Все исчезает.
( Пауза ).
АННА. Ты никогда не любил свою жену?
ДЖОЗЕФ. Я был поваром. У меня были сильные руки.
АННА. Но ты никогда не любил свою жену?
ДЖОЗЕФ. Я любил девушку, которая умерла.
АННА. И только ее? Единственную?
ДЖОЗЕФ. Любовь сложнее, дитя. Любовь, которую мы испытываем к одному человеку всегда в какой-то степени отражение любви к другому, потерянному навсегда Мы всегда влюблены в нечто такое, что потеряли. Такова природа любви.
АННА. Поэтому я собираюсь его убить?
ДЖОЗЕФ. Возможно, этого ты не убьешь, дитя. Возможно, этот будет другим.
АННА. Да. Возможно, этот будет другим, да только его не существует.
НИНА ( опять голос из темноты ). Мама?
АННА. Все хорошо. Мама здесь. Здесь и с тобой.
НИНА. С кем ты разговариваешь, мама?
АННА. Я говорю по телефону.
НИНА. Мама?
АННА. Что, милая?
НИНА. Мне снился отель.
АННА. Все хорошо. Никто не причинит тебе вреда. Спи, милая. Спи.
ДЖОЗЕФ ( встает, оставляя часы на столе ). Наверное, не удастся мне починить эти часы.
( АННА подходит, обнимает деда за талию, кладет голову на грудь. Он укутывает ее пальто, обнимает. Свет медленно меркнет и гаснет полностью ).
Египтология [4] Copyright © 1997
Действующие лица:
АННА – женщина старше двадцати
БЕН – мужчина старше сорока
НИНА, дочь АННЫ, – четыре года, но играет ее молодая взрослая актриса, голос за сценой
Декорация:
Два круга света на темной сцене. В каждом круге стул. Круги света не соприкасаются. Их окружает темнота. Хотя создается ощущение, что АННА и БЕН говорят друг с дружкой по телефону, телефонов у них нет, и они не делают вид, будто есть.
( Ночь. Сирена «скорой, доносящаяся издалека. Свет падает на АНГНА и БЕНА. АННА сидит в левом круге света, одета в длинную футболку, которая ей велика, с надписью «ЗОАР» на груди. Бен – в правом круге света. Между ними темнота ).
АННА. Ничего не получится. Я просто хочу убедиться, что ты это понимаешь. Не нужно мне недопонимание. Эти переводы доставляли мне такое наслаждение. Они были для меня так важны. Перевод с одного языка на другой – это что-то очень интимное. Или ты так не думаешь?
Читать дальше