Бернард Шоу - Пьесы

Надо как-нибудь спровадить старуху обратно в город. Ну, по совести, милый Прэдди, неужели вам приятно видеть их вместе — Виви с мамашей?

Прэд. Почему же?

Фрэнк (с гримасой отвращения). Неужели вас от этого зрелища не коробит? Эта старая карга, способная на любую гнусность, — и Виви! Бр-р!

Прэд. Тише, пожалуйста. Они идут.

Пасторс Крофтсомпоказываются на дороге, за ними, нежно обнявшись, идут миссис Уоррени Виви.

Фрэнк. Смотрите-ка, что она делает, — ни больше ни меньше, как обняла старуху за талию. И рука правая — значит, это ее затея. Она становится сентиментальна, ей-богу! Бр-р! Неужели вас не коробит?

Пастор открывает калитку; миссис Уоррен и Виви проходят мимо него и останавливаются посредине сада, разглядывая дом. Фрэнк в притворном восторге бросается к миссис Уоррен.

Как я рад вас видеть, миссис Уоррен! Как вам к лицу этот тихий, старомодный пасторский сад!

Миссис Уоррен. Ну, ну, нечего! Вы слышали, Джордж? Он говорит, что мне к лицу этот тихий, старомодный пасторский сад!

Пастор (все еще держит калитку открытой для Крофтса, который угрюмо и неохотно проходит в сад). Вам все к лицу, миссис Уоррен.

Фрэнк. Право, родитель! Ну, а теперь вот что: давайте повеселимся вовсю до завтрака. Сначала осмотрим церковь. Без этого нельзя. Церковь, знаете ли, замечательная, тринадцатого века; родитель к ней питает слабость, потому что собрал деньги на реставрацию и перестроил ее до основания шесть лет назад. Прэд нам растолкует, что в ней хорошего.

Прэд (поднимаясь). С удовольствием, если после реставрации там осталось что-нибудь хорошее.

Пастор (гостеприимно улыбаясь). Я буду очень рад, если сэр Джордж и миссис Уоррен в самом деле захотят посмотреть ее.

Миссис Уоррен. Ну, так идем посмотрим, и дело в сторону.

Крофтс (опять поворачивает к калитке). Я не возражаю.

Пастор. Нет, не сюда. Мы пройдем полем, если позволите. (Ведет их по узенькой тропинке мимо буксовой изгороди)

Крофтс. Что ж, пожалуйста. (Идет рядом с пастором)

Прэд и миссис Уоррен следуют за ними. Вини не двигается с места и смотрит им вслед, выражение ее лица в эту минуту становится особенно решительным.

Фрэнк. А вы разве не идете?

Виви. Нет. Я должна сделать вам замечание, Фрэнк. Вы позволили себе издеваться над моей матерью, вот только что, когда говорили насчет пасторского сада. Прошу вас обращаться с моей матерью так же почтительно, как вы обращаетесь со своей.

Фрэнк. Моя милая Вив, она этого не оценит. Она не похожа на мою мать; не годится с той и другой обращаться одинаково. Но что такое с вами случилось? Вчера вечером у нас с вами было полное единомыслие насчет вашей матери и ее компании, а сегодня утром вы позируете в роли любящей дочери и ходите обнявшись с вашей мамашей.

Виви (вспыхнув). Позирую!

Фрэнк. Да, я так это понял. Первый раз в жизни вижу, что вы перестаете быть собой и становитесь посредственностью.

Виви (сдерживаясь). Да, Фрэнк, произошла перемена, и я не думаю, чтобы к худшему. Вчера я вела себя как педантка.

Фрэнк. А сегодня?

Виви (дрогнула, но смотрит на него в упор). Сегодня я знаю мою мать лучше, чем вы.

Фрэнк. Боже вас сохрани!

Виви. Что вы хотите этим сказать?

Фрэнк. Вив, у безнравственных людей существует нечто вроде общего языка, о котором вы и понятия не имеете, — вы слишком цельная натура. Вот это и роднит вашу мать со мной, вот поэтому я знаю ее лучше, чем вы, — так, как вам никогда не узнать.

Виви. Ошибаетесь. Вы ничего о ней не знаете. Если б вы знали, с какими обстоятельствами ей пришлось бороться…

Фрэнк (ловко заканчивая фразу). … то я понял бы, отчего она стала такая, правда? А не все ли это равно? Какие бы там ни были обстоятельства, а с вашей матерью вы не уживетесь, Вив.

Виви (очень сердито). Почему же?

Фрэнк. Потому что она дрянная старуха, Вив. Если вы при мне еще раз обнимете ее за талию, я тут же застрелюсь в знак протеста.

Виви. Значит, я должна выбирать между вами и моей матерью?

Фрэнк (любезно). Ну, зачем же ставить миссис Уоррен в такое невыгодное положение. Нет, Вив, ваш влюбленный мальчик никогда вас не оставит. Но тем больше он тревожится за вас и боится, как бы вы не наделали ошибок. Что уж тут, Вив, ваша мать невозможна. Она, может быть, и добрая старуха, но непорядочная, в высшей степени непорядочная.