Игнатий Дворецкий - Веранда в лесу

В а л е н т и к. Ну, знаешь, много ты от нас хочешь. Не пить уже, и не курить, и даже пистолета не иметь.

П л у ж и н (встает тяжело, подходит к столу. Пишет на акте резолюцию) . На, ходатай, скажи спасибо.

В а л е н т и к (взрываясь) . За что?

П л у ж и н. Не возьму в толк, чего хочешь. Я ж списал ему.

В а л е н т и к. Себе ты. Толя, списал. В магазине за недостачу судят, на предприятии — берут на убытки. Все просто.

П л у ж и н. Уходи.

В а л е н т и к. Грамоткин боялся этого цеха. Зачем ты его держал там?

П л у ж и н. Я, Геня, всегда берег старых друзей. Уходи. Уходи с глаз моих. И ты, Тимофей, уходи. Видеть вас не хочу.

Г р а м о т к и н уходит. Помедлив, уходит В а л е н т и к.

П л у ж и н (сидит, поглаживая грудь. Вдруг замечает вдали Подключникова и Щеголеву. И тихо улыбается им) . Майские праздники на носу. Чем порадуете?

Щ е г о л е в а. Плана не будет.

П л у ж и н (помолчав) . Чешков интересуется планом?

Щ е г о л е в а. Звонит. Говорил с Захаром Леонидовичем. Завтра на парткоме слушается его дело.

П л у ж и н (помолчав) . А как с женой у него?

Щ е г о л е в а. Видимо, плохо. Видимо, очень плохо.

П л у ж и н. Вы неглупая женщина, Нина Васильевна. Зачем была эта срочная инвентаризация? Выстрел в чей адрес?

Щ е г о л е в а. Это сделано прежде всего для анализа.

П л у ж и н (встает, медленно направляется в кабинет) . Погасите свет, когда будете уходить. (Уходит.)

Молчание. Подключников смотрит на Щеголеву.

Щ е г о л е в а (садится. Несколько напряженно) . Слушаю.

П о д к л ю ч н и к о в. У вас огромное влияние на Чешкова.

Щ е г о л е в а (встает) . У меня нет никакого влияния.

П о д к л ю ч н и к о в. Я вас дружески люблю. Сто лет знаю ваших родных. У меня не было желания оскорбить вас.

Щ е г о л е в а. Об этом уже говорят?

П о д к л ю ч н и к о в. Да. Я подумал, что люди, знакомые столько лет, могли бы поговорить откровенно… Была у меня и косвенная задача, но о ней я уж молчу.

Щ е г о л е в а. К сожалению, Вячеслав Сергеевич, у меня нет влияния. Я вам благодарна за ту косвенную задачу, о которой вы умолчали: вы, по-видимому, хотели предупредить, что обо мне и Чешкове что-то говорят… Это оттого, очевидно, что мы много времени проводим вместе. (Улыбнулась спокойно.) Мне придется это учесть и поберечь репутацию Чешкова. А теперь скажите, на что вы хотели употребить мое влияние?

П о д к л ю ч н и к о в. Что такое наша жизнь, Нина? Завод, цех. Плохо на работе, значит, в жизни плохо… Когда человек молод, он это не слишком ощущает. Работали мы и работаем на поразительно низком уровне. И, как ни странно, благодаря этому дураку я это сейчас понимаю лучше. Но разве умный повел бы себя так? На моем столе сорок заявлений. Обрубщики просят пять-шесть дней. Кому-то съездить, кому-то огородом заняться. На всех заявлениях он написал: «Отказать». Грамоткин никогда не отказывал. Обрубщик — тяжелый труд.

Щ е г о л е в а. Обрубщик средней руки получает вдвое больше, чем я. И больше, чем вы.

П о д к л ю ч н и к о в. Вы говорите сейчас языком Чешкова.

Щ е г о л е в а. Языком экономиста. У каждого из них месячный оплаченный отпуск. У нас не хватает рабочих. Сначала вы им даете погулять, потом привлекаете к сверхурочным по двойному тарифу за счет экономики цеха. Копейки переходят в рубли. Чешков прав. У нас очень высокая себестоимость. И отражается это на тех же самых рабочих. Для них премия — это треть зарплаты. А премии у нас нет. Как тут быть? Как жить, Вячеслав Сергеевич? Перепутали мы совершенно, где свое, где народное, где забота о людях, а где первозданный хаос…

Следующим вечером заседал партком в Тихвине.

С е к р е т а р ь п а р т к о м а. Вы все рассказали?

Ч е ш к о в. Да.

С а п с а к а е в. Ты ведешь борьбу один.

Ч е ш к о в. Не совсем.

С а п с а к а е в. Ты взял курс на экономику, но пока ты там ведешь психологическую борьбу.

Ч е ш к о в. Это верно. Если мне поверят, я выиграю.

С а п с а к а е в. Так вот, боюсь, козырей у тебя на психологическую борьбу не хватит. Не хватит гибкости. Я тебя знаю немного. Человеческое общество неоднородно. Одни несчастны, других просто убивать надо. Но руководитель обязан искать верный тон и с теми и с другими. Он имеет дело с людьми.

С е к р е т а р ь п а р т к о м а. Я вообще склонен перенести решение вопроса.

П е р в ы й ч л е н п а р т к о м а. Не вижу смысла, Николай Петрович. То есть я понимаю — надо дать время Чешкову оправиться от горя. Горе большое, непоправимое, но он настаивает, спешит.