Лев Синельников - Сильнее смерти

Квартира Ульяновых.

Из кухни раздается стук в дверь. М а р и я А л е к с а н д р о в н а выходит из спальни и направляется на кухню. Оттуда доносится голос: «Точу ножи, ножницы!» Пятясь, возвращается М а р и я А л е к с а н д р о в н а. За ней следом идет т о ч и л ь щ и к. Плотно прикрывает за собой дверь.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Что вам угодно? Нам нет надобности точить ножи…

Т о ч и л ь щ и к. Я по делу химического анализа бумаги.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Что вы сказали?

Т о ч и л ь щ и к. По делу химического анализа бумаги.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а (взволнованно) . Наконец-то!.. Как я ждала…

Т о ч и л ь щ и к. Нельзя было раньше.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Да. У дома дежурили шпики… Кто вас послал?

Т о ч и л ь щ и к. Кржижановский.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Он на свободе?

Т о ч и л ь щ и к. Как и другие члены ЦК.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Значит, арестовав Ульяновых, жандармы успокоились.

Т о ч и л ь щ и к. Очевидно, они уверены, что Ульяновы — члены ЦК. Эта ошибка нам на руку. Прекратились слежки. Легче работать… Глеб Максимилианович поручил узнать, в чем вы нуждаетесь.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Ничего не нужно. Потребности мои невелики. Передачи детям скромные. Укладываюсь в пенсию.

Т о ч и л ь щ и к. Мария Александровна… Я недавно прибыл из Женевы.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а (взволнованно) . Как Володя и Наденька?

Т о ч и л ь щ и к. Все благополучно.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Все ли? Ведь они ничего не скажут, чтобы не волновать меня.

Т о ч и л ь щ и к. Это правда… Они просят извинить за короткие письма.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. И верно делают. Последнее письмо явно побывало в чьих-то руках.

Т о ч и л ь щ и к. Беспокоятся о вашем здоровье.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Превосходно себя чувствую.

Т о ч и л ь щ и к. А мешки под глазами?

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. В старости это бывает после сна.

Т о ч и л ь щ и к. Вскоре я опять отправлюсь в Женеву. Что передать Владимиру Ильичу?

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Передайте — читаю вечерами. Перечла Гауптмана в оригинале. Володя будет доволен… Изредка играю. Разучиваю Моцарта — с ним никогда не бывает грустно.

Т о ч и л ь щ и к. Владимира Ильича беспокоит ваше одиночество.

М а р и я А л е к с а н д р о в н а. Я не одинока. По утрам я сижу рядом с Митей. Он рассказывает веселые истории, мы смеемся… Потом захожу в камеру к Анюте. Мы понимаем друг друга без слов… В камере у Маняши вспоминаем ее детские проказы. Не зря вы дали ей партийную кличку Медвежонок. А вечером мысленно гуляю с Володей по берегу Женевского озера…

Т о ч и л ь щ и к. Откуда у вас силы берутся, Мария Александровна?!

М а р и я А л е к с а н д р о в н а (улыбнулась) . Я ведь тоже Ульянова.

ОЛЕГ ЛЕВЧЕНКО — 20 лет .

ОЛЬГА ЯКОВЛЕВНА ЛЕВЧЕНКО — 45 лет.

ПЕТР — 28 лет.

ЛЕОНИД — 22 лет.

КАТЯ — 20 лет.

ШУРИК — 14 лет.

КОЛОМИЕЦ — 60 лет.

ГРЕТА — 20 лет.

КРАУЗЕ — 35 лет.

ЭБЕРГАРД — 50 лет.

Действие происходит в Киеве в 1942 году.

Комната на стадионе, в которой раньше помещался медпункт. В комнате несколько шкафов, диван с оборванной обивкой, куча сломанных стульев. На стене репродуктор. Окна до половины закрашены белой краской. Слева двери в коридор. Видна и часть коридора. В коридоре Э б е р г а р д и К р а у з е. Эбергард высокий, седой, коротко подстрижен, в форме генерала немецкой армии. В руках стек, которым он постукивает по сапогу. Краузе низенький, щуплый, с усами И прической, придающими ему сходство с Гитлером. В костюме военного покроя без погон. Он стоит навытяжку перед Эбергардом.

Э б е р г а р д. Глаза.

Краузе взглянул на генерала и отвел взгляд в сторону.

Глаза!

Краузе смотрит на него, часто моргая.

(Ровно, не повышая голоса.) Послушайте, Краузе, как бы ваша затея не оказалась для вас роковой. Как бы вечером вам не пришлось улететь в Берлин.

К р а у з е. Гер генерал, прошу учесть…

Э б е р г а р д. И не в свою пивную, откуда я вас вытащил на свет божий. А прямо на допрос к рейхсфюреру.

К р а у з е (умоляюще) . Гер генерал, но вы…

Э б е р г а р д. Тоже виновен. Поддался на ваши уговоры. Но вспомните, что вы мне говорили, Краузе. (Пауза.) Отшибло память?