Николай Мирошниченко - Пьесы

Л о з о в о й. А мой цех и есть моя Родина! Он мне роднее дома. Душа моя там… Ты, к примеру, пробовал жить без души?

В кабинет входит Н е д о г л я д о в а.

Н е д о г л я д о в а (Лозовому) . А я-то, грешным делом, думаю: ктой-то зубы нашему секретарю заговаривает. Вон ты какой гладкий да принаряженный после курорта-мурорта.

Л о з о в о й. Сорокой была, сорокой и осталась. Чего без стука влетела-то?

Н е д о г л я д о в а. Народный контроль, он потому и народный, что без стука-грюка в любую дверь вхож.

А н у ф р и е в. У нас тут, Варвара Ивановна, мужской разговор…

Н е д о г л я д о в а (перебивая) . Мужской, — значится, короткий. Кабы вы затеяли бабий, дык я б и не ждала. Бабьи пересуды жди не жди — все одно не переждешь.

А н у ф р и е в. Активистка Недоглядова! Я убедительно прошу вас подождать в приемной.

Н е д о г л я д о в а. В таком разе позволь мою факту в твоем кабинете оставить. (Вынув из-под полы халата сверток.) Без моего присутствия газету не разворачивать. (Лозовому.) А ты тут нюни не распускай. (Уходит.)

Л о з о в о й. Вот тебе наглядный пример. Никчемная, списанная с корабля, спроваженная на пенсию баба. А какой год все мельтешит и мельтешит?

А н у ф р и е в. Стаж у нее не менее твоего, Макарыч. Тридцать лет, считай, у токарного станка простояла. Теперь вот с тряпкой да с метлой по цеху шастает.

Л о з о в о й. Сколько писем она за свою жизнь в разные организации понаписала. Тебя еще ни в каких грехах не заподозрила?

А н у ф р и е в. Заподозрила. Ну сейчас не о ней речь.

Л о з о в о й. И об ней тоже. Завод к юбилею готовится. Так вот Недоглядова его справит. А кто первым на заводе звание ударника отхватил? Кто на митингах да на собраниях горло рвал, за коммунистическую сознательность агитировал?

Быстро входит Х о д о к о в.

Х о д о к о в (Лозовому) . Директору настроение испортил, теперь до секретаря парткома добрался.

Л о з о в о й. Я и повыше доберусь!

Х о д о к о в. Вот что, Терентий Макарович. Придумал я тебе должность. Ты у нас в совете ветеранов отвечаешь за повышение квалификации среди молодых рабочих. Тебе и карты в руки. В сборочном цехе собралось много молодняка…

Л о з о в о й (перебивая) . Я всю жизнь проработал в механическом. От безусого мальчишки до седых волос. Там каждый станок мне в пояс кланяется.

Х о д о к о в. Но механический расположен между цехом горячей штамповки и цехом покраски. С одной стороны угар, с другой — вредные испарения. Врачи говорят, для твоих легких…

Л о з о в о й (в сердцах) . У нас не завод, а богадельня. Врачей развелось — плюнуть некуда. А я вот возьму и плюну! С завтрашнего дня выхожу в механический. В противогазе буду работать. Все, баста! (Быстро уходит.)

Х о д о к о в (пройдясь по кабинету) . Что делать будем?

А н у ф р и е в. В механическом у него жена работает, двое сыновей, невестка. Надо действовать через семью.

Х о д о к о в. Это по твоей части — действуй. (Уходит.)

Входит Н е д о г л я д о в а.

Н е д о г л я д о в а. Кудыть ты разошелся! Будто оса в темечко ужалила.

А н у ф р и е в. Вы про кого, Варвара Ивановна?

Н е д о г л я д о в а. Дык про курортника, про кого же еще. (Берет сверток, разворачивает, поглядывает на Ануфриева.) Факт тута, каких тебе и во сне не снилось, — железный. (Показывает железную табличку, читает.) «Тихо! У нас с 9.00 до 12.00 творческое время». Видал, чего средь бела дня вытворяют? Заглянула я вчерась — тишь да блажь. Вижу, энтот, ну, у которого мозги набекрень…

А н у ф р и е в. Главный конструктор?

Н е д о г л я д о в а. Он самый! Сидит, милок, рядком с энтой, ну котора в штанах латаных, вензеля задом рисует. (Пытается продемонстрировать.)

Ануфриев смеется.

Воркуют, голуби. Ну, думаю, ясно, с чего тебя в президиумах в сон-то клонит. Ежели так и дальше пойдет, дык от нашего конструктора одни подштанники и останутся.

А н у ф р и е в. Что-то я никак в толк не возьму. Какая взаимосвязь между этой табличкой и, простите, подштанниками главного конструктора?

Н е д о г л я д о в а. А тута все в тугой узелок повязано. Собирай партком, секретарь. Персональное дельце наклевывается.

А н у ф р и е в. Странная вы женщина. Вы-то хоть знаете, что вам за вашу подозрительность клички разные дают?

Н е д о г л я д о в а. А то как же — знаю. Кто Подглядовой, кто Заглядкой окрестит. Бог терпел и нам велел. Я не в обиде. За моральный кодыкс страдаю.

А н у ф р и е в. Вы вот что, Варвара Ивановна. Вы эту табличку повесьте на прежнее место. И еще, как человека вас прошу, не оскорбляйте людей своими подозрениями.