Драмы и комедии

С т р е к о з а. Стрекоза.

С к р о б а т. А по-настоящему?

Все посмотрели на Рунца.

Р у н е ц. Мы условились пользоваться кличками.

С к р о б а т. Это разумно. Тем более что вы еще не знаете, с кем имеете дело.

Р у н е ц. Я вас знаю.

С к р о б а т. Откуда?

Р у н е ц. Видел на одном совещании, когда вы выступали.

С к р о б а т. Было такое дело. Вот мой паспорт. (Дает паспорт Рунцу.)

Р у н е ц (читает) . «Неманский Антон Гаврилович». Хорошая липа.

С к р о б а т. Но вы еще не знаете, что этому Неманскому здесь нужно. Дайте ножик.

Братка достает из кармана перочинный ножик и дает Скробату. Тот отпарывает подкладку пиджака и достает шелковый лоскуток.

Пожалуйста!

Р у н е ц (берет в руки документ) . Вот это уже не липа. (Читает.) «Скробат Антон Иванович… Выполняет поручение». (Передает документ Братке.)

Б р а т к а. Подпись знакомая. И печать, все как следует. (Передает Баруте.)

Б а р у т а. Важный документ. (Почтительно передает Скробату.)

С к р о б а т. Как у вас тут дела?

Входит Т а н я.

Б а р у т а. Что же ты пост оставила?

Т а н я. Я на минуточку, дядя Микита. На часы посмотреть.

Р у н е ц. Знаем мы твои хитрости. Пришла посмотреть, какой это чужой дядя пришел. (Скробату.) Наша охрана.

Т е т к а. Это дядя наш, Танюша. Тебе его не надо бояться.

С к р о б а т. Сколько же тебе лет, охрана?

Т а н я. Двенадцать.

С к р о б а т. В школу ходишь?

Т а н я. Там надо говорить «хайль Гитлер», а я пионерка.

С к р о б а т. Ах ты, умница какая! (Притягивает Таню к себе.)

Т а н я. А почему у вас ногти черные?

С к р о б а т. Прищемил мне один дурак. Дверью.

Т а н я. Здорово больно было?

С к р о б а т. Очень.

Т а н я. Черный маникюр вам сделали. Я раз гвоздь вколачивала да как хватила молотком по пальцу, так ноготь сразу почернел. Больше чем полгода прошло, пока новый вырос.

С к р о б а т. Ну, иди уже на пост.

Т а н я уходит.

Р у н е ц. Дела у нас идут в гору, товарищ Неманский. Народ зашевелился.

Т е т к а. Особенно после того, как под Москвой фашистам дали по зубам.

Р у н е ц. Вот и газету свою выпустили.

С к р о б а т (берет в руки газету) . Молодцы! (Углубляется в чтение.) Здорово!

Р у н е ц. Разве вы не знали про это?

С к р о б а т. Откуда же? Я вынужден был по деревням скитаться, пока до вас добрался. А там, знаете, какие слухи немцы распространяют. (Читает.) Как же теперь…

Р у н е ц. Что?

С к р о б а т (овладев собой) . Как же теперь с блицкригом будет? Похвалялись, что вот-вот Москву возьмут.

Б р а т к а. Выходит, не хвались, идучи на рать.

С к р о б а т (отодвигает газету) . А что значит — «зашевелился народ»?

Р у н е ц. За оружие берется. Руководства требует.

Б р а т к а. С того времени как начала действовать подпольная организация, иначе дело пошло. Люди почувствовали, что жива партия, жива Советская власть.

С к р о б а т. В городе есть боевые отряды?

Р у н е ц. В городе нет, но вокруг города формируются шесть отрядов. Двести пятьдесят человек только из города послали мы туда за последнее время.

С к р о б а т. Какая связь у вас с отрядами?

Р у н е ц. Через связных. Они и сведения доставляют и людей в лес выводят.

С к р о б а т. И удачно проходят такие операции?

Р у н е ц. Провалов пока не было.

А л е н а (входит) . Извините, я на минутку. (Проходит в соседнюю комнату.)

Т е т к а. Это хозяйка квартиры.

С к р о б а т. Член партии?

Р у н е ц. Если бы она захотела вступить в партию, я бы за нее поручился.

А л е н а входит с узлом в руках, повязанная теплым платком. Братка неприметно машет ей рукой: «Можете ехать».

С к р о б а т. Куда это вы собрались?

А л е н а (показывая узел) . Поеду барахло менять. (Уходит.)

С к р о б а т. Много коммунистов в городе?

Р у н е ц. Много, а сколько — трудно сказать. Каждый из нас имеет связь с группой товарищей. Возле каждого из этой группы — своя группа.

С к р о б а т. Актив свой надо знать. Есть задание лучших людей к награде представить. Придется списки посылать в соответствующие органы. Теперь относительно явочных квартир… Вы многие из них знаете, а я человек новый. Могу сунуться не туда, куда надо.

Р у н е ц. Явочные квартиры мы вам покажем.

Т е т к а. Извините, товарищ Неманский, может вам что-нибудь и обидным показалось, но обстоятельства научили нас быть осторожными.

С к р о б а т. Я понимаю. Война в тылу врага — дело серьезное. За оплошности люди жизнью расплачиваются. Поэтому во всем нужна точность, железная дисциплина и никакой партизанщины, хотя мы и партизаны. Что до боевых операций, то нужно передать командирам отрядов, чтобы людей зря не губили. Нужно собраться с силами, вооружиться, крепкие командные кадры подобрать, тогда и эффект будет. Каждую серьезную операцию надо согласовывать.