Бьернстьерне Бьернсон - Пьесы

Ракел.Войдите!

Элиасвходит в комнату.

Ракел(бросается к нему). Элиас! Наконец-то!

Элиас(бросается к ней). Ракел! О моя Ракел!

(Они молча крепко обнимают друг друга.)

Ракел(гладя его по волосам). Как ты побледнел, Элиас! И какой у тебя утомленный вид! Что с тобой?

Элиас(улыбаясь). Время трудное, а сил — мало,

Ракел.Как мы давно не виделись!

Элиас.И все по той же причине: я выбился из сил.

Ракел.Вижу, как ты истомлен работой!

Элиас.Особенно теперь, когда у меня заняты и ночи.

Ракел.Тебе приходится работать по ночам?

Элиас.Притом мы и едим не досыта.

Ракел.Но, дорогой, разве и это необходимо?

Элиас.Нужно учиться приносить жертвы — так говорит Братт. И он прав. Но результат может получиться совершенно неожиданный!

Ракел.Почему же ты, все-таки, не спишь по ночам?

Элиас(не отвечая). Так, значит, ты теперь будешь жить здесь, Ракел? Он подарил все это тебе? Одной тебе? А нам он отказывает во всем.

Ракел.Он подарил не мне, а больнице. Здесь будут жить выздоравливающие.

Элиас(обходит комнату и рассматривает). И это он сделал именно теперь. Как будто никто никаких других требований ему не предъявлял! Ты будешь жить здесь, Ракел? В этой вот комнате?

Ракел.Ну да. А спальня моя рядом. Ты прошел мимо двери.

Элиас.Ты избрала благую участь, Ракел.

Ракел.Не такую уж благую, Элиас. У меня большая ответственность и очень много дела.

Элиас.Я знаю, Ракел, я знаю. Я только хотел сказать… Я просто не могу понять, что можно жить так, как он жил в этом большом доме. Не могу понять, что кто-то смеет так жить, в то время как другие… Ты слышала о Марен Хауг и ее детях?

Ракел.Да, да! Я знаю обо всем. Ах, Элиас, всеми моими мыслями я была с тобой в эти дни!

Элиас.Может быть поэтому у меня последнее время обострилось чувство тоски по родине. Меня так и тянет в родные места. Даже больше чем в те годы, когда отец и мать еще были живы, а мы с тобой жили в городе.

Ракел.Это потому, что тебе так плохо. Скажи мне правду, Элиас: ты веришь в забастовку?

Элиас(впервые смотрит ей прямо в лицо). А ты — веришь?

(Ракел опускает голову.)

(Тоже опустив голову.)

Это будет самое ужасное поражение, какое только могло быть. Марен Хауг это предвидела. Она — первая. И еще многие, многие не переживут этого.

Ракел.Как ты страдаешь, Элиас! Я ведь вижу!

Элиас.У тех, кто живет наверху, в городе, не такая совесть, как у нас, Ракел. Чтобы разбудить в них совесть, нужно нечто другое…

Ракел.А Братт тоже понимает это?

(Элиас молчит, опустив голову.)

И давно ты понял это?

Элиас.С тех пор как я перестал видеться с друзьями, даже с тобой и с ним.

Ракел(огорченно). Ты и с Браттом не видишься?

Элиас.Сегодня я в первый раз за все это время поговорил с ним.

Ракел.Об этом?

Элиас.Нет… Но оставим все это! Давай побудем хоть несколько минут в далеком прошлом, Ракел!

Ракел.Ах, я так понимаю тебя!

Элиас.Сядь здесь! А я сяду рядом с тобой. Давай поговорим о далеком и милом сердцу. Я уже сказал, что тоскую по родным местам.

Ракел.Элиас, давай поедем туда когда-нибудь? Съездим домой?.. Снова посмотрим на свое детство. Фиорд… Крутые горные дороги, белые ночи, кладбище на берегу моря… и церковь. Место обвала уже, наверно, поросло травой. Трава разрослась, наверно, и в других местах. Ах, какое это будет прекрасное путешествие! Природа встретит нас — печальная, дикая, вечная… А сколько воспоминаний! Чистых, высоких воспоминаний — таких, какими были наши отец и мать. Элиас, давай съездим домой! Ты ведь теперь свободен! И ты так утомлен! Съездим, Элиас?

Элиас.Я не свободен, Ракел.

Ракел.Я говорю «свободен» в том смысле, что ты уже ничего не можешь исправить и спасти.

Элиас.Это еще не известно.

Ракел.Помоги им деньгами; но это ты сможешь сделать через Братта. О Элиас, давай уедем!

Элиас.Что ты говоришь, Ракел!

Ракел.Это тебя излечит.

Элиас.Я дам тебе ответ завтра.

Ракел.Подумай только: мы могли бы снова увидеть все любимые места наших детских игр?

Элиас.Я особенно часто вспоминал именно об этом, когда испытывал тоску по родным местам.