Александр Мишарин - Серебряная свадьба

В а ж н о в. Стимулировать тоже надо.

Г о л о щ а п о в. Хватит! Достимулировались! Вон, гляди, ни одного мужика не осталось, чтобы он домой хоть что-нибудь… хоть малость какую, да не упер! Глядишь, пьяный, шатается как былинка на ветру, а мешок комбикормов себе во двор тащит. Из последних сил!

В а ж н о в. Ты не преувеличивай.

Г о л о щ а п о в. А ты не либеральничай! Вот Георгиевич приехал! Все! Теперь порядок! Посадить бы такого механизатора… лет этак на двадцать пять! А мы его — в товарищеский суд. Или штраф смехотворный — двадцать рублей. Ой, врагов, врагов плодим!

В а ж н о в (оправдываясь) . Ну, боремся, боремся. Разъясняем!

Г о л о щ а п о в. Знаешь, как надо им разъяснять? Как в Финляндии. Украл — руку отрубают. На всю жизнь!

Г е й. Да никто в Финляндии ничего не отрубает.

Г о л о щ а п о в. Значит, в Швеции! Я точно знаю. Читал!

Г е й. Нигде ничего не отрубают. В Турции, правда, за курение на кол сажали. Но все равно не отучили!

Г о л о щ а п о в. Как на кол? Что, и за «Столичные» — на кол? Бред какой-то!

Г е й. В средние века.

В ы б о р н о в (раздраженно) . Чего на иголках сидишь?

Г е й. Вам же сейчас надо позвонить… товарищу…

В ы б о р н о в. Ох уж эти мне товарищи! (Решается.) Сам звони! Я от обязанностей освобожден. Сам звони.

Гей уходит.

У с т и н ь я К а р п о в н а (женщинам за столом) . Сегодня на рынке один шапки продавал. Из ондатры. Я как увидела, ну, думаю, Пашке-то надо! Ведь в чем ходит — срамота! Ты же, говорю, на начальника-то не похож! (Смеется.)

В а ж н о в. Значит, все-таки освободили?

В ы б о р н о в. Да что все об этом! Разве только в этом жизнь! Ну? Чего скисли?

Г о л о щ а п о в (решительно) . Ты объясни! Сколько мы в обороне будем сидеть?! То — незаконно! То — нельзя! То — не соответствует духу времени! Тебя сняли! Это что? В духе времени?

В ы б о р н о в. Сняли не сняли… (Махнул рукой.)

Г о л о щ а п о в. Не дело! Не дело! Сегодня — тебя, завтра — вон его! Из-под Павлушки дом… этот… вытягивают! Мол, незаконно построен! Потом мне тоже что-нибудь придумают…

В а ж н о в (искренне) . Ага! Вроде полетаевского дела…

В ы б о р н о в (насторожился) . Какого дела? На Серафима Полетаева? Дело? Вы что молчите? (Пауза.) Да, да… Что-то вспоминаю теперь! Жена его мне что-то писала. Ну, думаю, у вас ума-то хватит! Сами разберетесь! Друзья же! (После паузы. Резко.) Где он?

В а ж н о в (замахал руками) . Не беспокойся, Георгиевич. Все по закону! И прокурор областной подписал…

В ы б о р н о в (тихо) . Где он? (Пауза.) Там? (Пауза.) На сколько?

Г о л о щ а п о в (почти кричит) . А кому позволено районную организацию на весь свет позорить?! А? Первого секретаря с дерьмом смешивать?! Во все инстанции кляузничать?! Народ на всякие мысли наводить?! Партийный билет мне в морду бросать?!

В ы б о р н о в. А ты где был?

В а ж н о в (тихо) . Язва. В Карловых Варах.

Г о л о щ а п о в. Следствием. Народным судом доказано! Сбил человека! Будучи за рулем в нетрезвом состоянии. И все апелляции…

В ы б о р н о в (еле слышно) . На сколько?

В а ж н о в. На двенадцать.

В ы б о р н о в (догадываясь о многом) . Ого-го! А она?.. А вы? Антонина? Дочь Серафима?

В а ж н о в. Да.

В ы б о р н о в. Значит, мать-то не зря… (Выходит в столовую.) Устинья Карповна… Как ты говорила: «После бани хоть укради, да выпей»?! Так не доведи до воровства!

У с т и н ь я К а р п о в н а (с рюмкой, широкой, старинной, граненой) . С легким паром!

В ы б о р н о в. Хорошо живете! Хорошо!

У с т и н ь я К а р п о в н а. Не жалуемся! Все превозмогли! И тебя в обиду не дадим! (Неожиданно.) А уж если попрошу — не откажи…

В ы б о р н о в. Ну! Проси! Я сегодня добрый.

У с т и н ь я К а р п о в н а. Прими сердцем меня, грешную, заместо матери твоей! Праведницы!

В ы б о р н о в (не сразу) . Да, да… Совсем забыл. (Пауза.) Ведь я теперь — круглый сирота! Даже не думал никогда… Что до такого доживу! (Оглянулся.)

Входит Гей.

Г е й. Геннадий Георгиевич, Москва.

В ы б о р н о в. Нет меня! Нигде нет! Ни для Москвы! Ни для кого! (Выпивает.)

У с т и н ь я К а р п о в н а. Повторишь, батюшка?

В ы б о р н о в (тихо) . Да разве жизнь… повторишь? Разве что… закончить бы ее… по-человечески?! А? Мамаша на́званная?!

Поворачивается и через столовую и прихожую быстро выходит из важновского дома. Все смотрят ему вслед.

З а н а в е с

Вечер следующего дня. Снова накрывается стол. Дверь в кабинет Важнова закрыта. Около телевизора сидит С и р ы й. Тут же К а л е р и я с м у ж е м. У с т и н ь я К а р п о в н а по-прежнему на кухне. Из кухни с блюдом в руках шествуют то Г е й, то Т о н я. Л и д и я бегает из кухни в столовую, заглядывает в кабинет мужа.