Валентин Катаев - Том 7. Пьесы

Патефон продолжает играть.

Входит Завьялов с маленьким чемоданчиком. В руках букет мимоз.

Вера. Мимозы! Какая прелесть!

Завьялов. Тебе.

Вера. Мне? Это мне? Как ты мил! Мерси! А билеты?

Завьялов. Есть.

Вера. В международном?

Завьялов. Конечно.

Вера. Первой категории?

Завьялов. Да.

Вера. Покажи.

Завьялов. Вот.

Вера. Правильно! Розовые. За скорость, за мягкость. Все в порядке. Ты очень мил.

Завьялов. Мы не опоздаем?

Вера. У нас сорок минут времени. Я вызвала машину. Это весь твой багаж?

Завьялов. Пара белья, зубная щетка, полотенце. А что еще нужно человеку?

Вера. Ты чудный! Легкий, свободный, новый! Вот именно за это я тебя обожаю. А ты меня?

Завьялов. До сих пор я был слеп.

Вера. А теперь?

Завьялов. Я искал тебя всю жизнь. Ты была нужна мне, как воздух. Именно ты.

Вера. Говори, говори!

Завьялов. Да что же говорить! Мне кажется, что мы самой природой созданы друг для друга. Это, может быть, банально, но я не боюсь банальности, если это правда.

Вера. Верно. Нет ничего банальнее, чем бояться банальностей. (Обнимает его.) Мой?

Завьялов. Твой.

Вера. Навсегда?

Завьялов. Навсегда.

Поцелуй.

Вера. Пардон! Пластинка кончается. (Быстро идет к патефону и останавливает. В продолжение следующих сцен иногда подходит и пускает патефон и потом останавливает, всегда вовремя.) Между прочим, я беру с собой патефон. Ты не возражаешь?

Завьялов. Напротив! Цветы и музыка…

Вера. И любовь… и свобода…

Завьялов. Это — будущее.

Вера. Будущее.

Поцелуй.

Завьялов. Да! Виноват. Самое главное! Я совсем забыл! Поздравь меня. Вышел «Человек будущего». (Вынимает из кармана книжку.)

Вера. Что ты говоришь! Какая прелесть!

Завьялов. Первый экземпляр. Тебе.

Вера. Мне? Первый экземпляр — мне? Родной мой!.. Какой подарок! Мы будем целый день сидеть, обнявшись, в купе и читать, читать, читать!

Завьялов. Между прочим, не пора ли нам ехать?

Вера. У нас еще полчаса. Странно, что до сих пор нет машины. Когда ты сюда шел, внизу не было линкольна?

Завьялов. Кажется, нет.

Вера. Странно! Не хватает, чтоб муж сейчас пришел из театра.

Завьялов. Муж? Ах да, твой муж… Надеюсь, он уже знает?

Вера. Знает. То есть он еще не знает, но это не имеет значения. Пусть это тебя не тревожит. Он не мещанин.

Завьялов. Но все-таки надо было предупредить. Как-то неудобно.

Вера. Ничего. Я ему оставлю записку. Или, даже лучше всего, мы ему звякнем с вокзала или черкнем с дороги открытку.

Сигнал автомобиля.

Машина. Это за нами.

Звонок.

Завьялов. Кажется, звонили?

Вера. Разве? Вот это будет номер! (Подходит к двери, слушает.) Он.

Завьялов. Да?

Вера. Факт! (Слушает.) Раздевается.

Завьялов. Надеюсь… надеюсь, мы не будем разыгрывать пошлого фарса?

Вера. Я тебе повторяю: он не мещанин.

Завьялов. Но все же! Надо прямо.

Легкий стук в дверь.

Входит муж.

Муж. К тебе можно?

Вера. Входи, входи. Я не одна. У меня Завьялов. Вы не знакомы? Иван Васильевич Завьялов.

Завьялов. Завьялов.

Муж. Газгольдер.

Вера. Дмитрий Александрович.

Завьялов. Очень приятно.

Муж. Я вам не помешал?

Вера. Нисколько. Ты что, не досидел до конца?

Муж. Нет, до конца. Коротенький спектакль.

Вера. Ты весь мокрый, на бороде вода.

Муж. Да, что-то чудовищное. Представьте себе — вдруг опять снег! И главное — какой снег? Пополам с дождем! Вот вам московская весна.

Завьялов. Да, безобразно! И холодно?

Муж. Не то чтобы холодно, а как-то пронизывающе.

Вера. Ты лучше сними ботинки.

Муж. Нет. Ноги, представь себе, совершенно сухие. К счастью, выходя из дому, я надел калоши. Ну-с! Я очень рад, что вы наконец-таки собрались к нам. Вера мне столько о вас говорила!

Вера. Надеюсь, Иван Васильевич достаточно известен и без моей рекомендации.