Лопе де Вега - Том 2

Но и туда, однако, тянет.
Там стань в сторонке — и следи!
Балкон их виден отовсюду.

Ступай за мной.

Я здесь побуду,
А ты, Эстеван, подожди,
Пока отец ее опять
Уедет.

Кто он, этот щеголь?

Не знаю, как уж вам сказать,
Чего он ищет здесь и много ль
В нем весу. Не на радость вам
Все это будет, а расстроит.

Я вижу сам, чего он стоит,
А что он ищет, станет нам
Яснее, если мы узнаем,
Какие дамы здесь живут.

Когда б мы ни пришли, встречаем
Мы этих двух. Они уж тут.
Идальго он, красавец этот,
А соткан он из пустяка,
Из воздуха и ветерка, —
Судите сами, много ль это.
За деньги, без тревог и дум,
Дворянство он себе устроил [50] За деньги без тревог и дум Дворянство он себе устроил… — Печальное положение королевской казны заставляло испанские власти измышлять различные источники побочных доходов. Одним из них со второй половины XVI в. стала продажа дворянских званий, приобретавшихся преимущественно разбогатевшими спекулянтами и новоявленными богачами. В испанской литературе XVI–XVII вв. можно найти немало сатирических выпадов против дворян подобного рода.
И родословную присвоил,
Купил и блеск, и лоск, и ум.
Я перечислить не берусь
Сверкающих на нем брильянтов,
Во всем Мадриде, поручусь,
Таких душистых лент и бантов
Или перчаток не найти.
Что перед этим ароматом
Сады Валенсии! Куда там!
Что амбра, господи прости!
А цепь — прекрасней ничего
Вообразить нельзя. Нет мочи!
Нет цветников таких у ночи,
Как щегольской наряд его.
И как меняют в церкви ризы
По службе глядя, этот хват
Завел особенный наряд
На все причуды и капризы:
Костюм любви, костюм надежды,
И ссоры, и печальных дум,
И для разрыва есть одежды,
И обладанья есть костюм.
Миндаль цветущий, благовонный
Он может перьями затмить,
И пену моря не сравнить
С краями шляпы оперенной!
И главное, какой в нем пыл
И самомнение какое!
Нет дамы, чтоб ее в покое
Оставил он и не прельстил.
Есть у него и острый ум,
Что в разговоре забавляет
И так же блестками сверкает,
Как праздничный его костюм.
Не знаю, здесь чего он хочет.
Ведь наша улица — приют
Богинь. Живет немало тут
Красавиц.

Боже, все пророчит
Беду мне! Это привиденье,
Оживший вдруг нелепый сон, —
В мою Элису он влюблен.

Здесь блещет он, пленяет зренье,
Жеманится, и здесь видна
Вся красота архитектуры
Его божественной фигуры.

Так в мыслях у него она?

Не знаю. Трудно поручиться,
Но скажут все дома кругом:
То он пройдется здесь пешком,
То на коне он здесь промчится.
С собой верзилу он таскает.
Посмотришь — просто испугаешься:
Взглянул — убил.

Ты ошибаешься:
Так только ревность убивает.
Как звать?

Фисберто.

Интересно,
Какие дамы здесь живут?

Я некоторых знаю тут,
А в ком отгадка, неизвестно.
Вот здесь вдова. Огнем очей
Испепелит в одно мгновенье.
Любить такую — разоренье.
Возможно, он приходит к ней.
Напротив девушка одна,
Бывает цвет волос такой
У немцев: прямо золотой.
Как слиток золота она.
Там, дальше, мужняя жена,
Хоть и не очень это видно…

Что, есть счастливчик?

Очевидно.
Уж очень ветрена она.

Ее сторонятся?

Нисколько.
Ведь к женщине любовь у нас
Как фехтование сейчас:
Бойцы меняются — и только.
Все увлекаются игрою,
И всех охватывает жар.
Один наносит там удар,
А в очередь уж стали трое.

Ну, нет, не ею увлечен
Идальго наш.

У перекрестка
Изображение из воска
Выходит утром на балкон.

Такая бледность?

Ни кровинки.