Сергей Соловьев - Собрание Стихотворений

Закройте древние могилы,
Не подымайте мертвецов!
Уже зараза охватила
Европу с четырех концов.
Помпея вся могильным ядом
Отравлена… а тут же, рядом
С развратным домом для рабов,
Белеет улица гробов.
Здесь кипарисы в небе синем
Чернеют, навевая мир.
Помпея спит, окончив пир
И кубок выронив. Покинем
С улыбкой грустной на устах
Ее прелестный, грешный прах.

Куда ведет меня мой путь нагорный?
Тропинки след уже давно исчез,
Но я иду, моей мечте покорный.

Святых олив внизу сереет лес,
И льется на безветренные долы
Сияние серебряных небес.

Колокола вдали жужжат, как пчелы,
Со всех сторон верхи Умбрийских гор
Сияют, как небесные престолы.

На них спускался ангелов собор,
К Бернарду здесь сошла Святая Дева,
А там Христос объятия простер

Франциску с окровавленного древа
И навсегда прожег его ступни.
Я на горе. Направо и налево,

Пустынные, в оливковой тени,
Лежат долины Умбрии священной;
Такие же, как в золотые дни,

Когда Франциск, Христов бедняк смиренный,
Здесь проходил с толпой учеников
И зрел Христа, коленопреклоненный.

Здесь воздух полн молитвами веков,
И кажутся волнами фимиама
Серебряные стаи облаков.

На башню я взошел. Пред взором прямо
Перуджия мерцала на заре.
Я преклонил колена, как средь храма.

Бледнела твердь в лучистом серебре,
И ночь, холмы безмолвием овеяв,
Меня застигла на святой горе.

Как древний сын плененных иудеев,
Я вспомнил мой любимый Богом край,
Мой Радонеж, Звенигород, Дивеев —

Родных скитов в лесах цветущий рай.
Моя родная, дальняя Россия,
Здесь за тебя мне помолиться дай.

Бесчисленные главы золотые
Уже меня зовут издалека,
Чтоб встретить Пасхи празднества святые.

В златистые одета облака,
Вся Умбрия, как ангел в светлой ризе,
И так же, как в далекие века,

Вечерний звон несется из Ассизи.

России гибель и позор
Готовя в самоупоеньи,
Как царь Навуходоносор,
Небесное долготерпенье
Ты долго, долго истощал…
Кичась и чванясь, ты держал
В оцепенении полмира
И думал: всех отдать пора
На прихоть прусского мундира,
На злобу венского двора.

С кичливым братом заодно
Поднялся дряхлый Франц-Иосиф:
Делить Россию решено,
И, всей Европе вызов бросив,
Ты русских кроткий мир отверг.
И вот, смотри: под Кенигсберг
Идут бесчисленные рати,
За миллионом миллион,
Отмстить за кровь славянских братий —
И новый пал Наполеон.

Смотри: с британских островов,
Французским пушкам дружно вторя,
Могучей Англии сынов,
Царей бушующего моря,
Отплыл неодолимый флот —
Российских берегов оплот.
Он по морям и бухтам рыщет,
Ловя немецкие суда.
Гранаты рвутся, пули свищут,
И как кладбища — города.

На прах бесчисленных могил
Струится кровь потоком свежим…
Что ж! Истощай звериный пыл
И торжествуй над павшим Льежем!
Возмездья день уж недалек:
За то, что ты весь мир обрек
На казнь безжалостным железом,
От Божьей ты падешь руки.
Уж по своим родным Вогезам
Идут французские полки.

К кому за помощью придешь?
К чьей мирной пристани причалишь?
Все помнят жен и старцев дрожь,
Залитый польской кровью Калиш
И осквернение церквей.
Пруссак безбожный, на детей
Ты поднимаешь меч кровавый,
На пастыря у алтаря,
И мрачною пятнаешь славой
Полубезумного царя.

Смотри, Вильгельм, какой поток
На твой цветущий край нахлынул,
Когда весь Север и Восток
Наш царь к твоим пределам двинул.
Какая даль, какая ширь!
Украйну, Польшу и Сибирь,
Хребты Кавказа и Алтая
Твой дерзкий голос разбудил.
Гремя, волнуясь и блистая,
Идут полки несметных сил.