Семен Надсон - Полное собрание стихотворений

Долго ли, жизнь, суждено мне по свету скитаться?
Где же та пристань, где мог бы и я отдохнуть?
Где же тот взгляд, на который я б мог любоваться?
Где же та грудь, на которую б мог я прильнуть!
Вечно один…

Тяжелых жертв я не считал,
Кипучих сил я не жалел
И всё, что только я имел,
Всё в песне братьям отдавал.
Искусство было для меня…

«Проснись, проснись, певец, – мне слышится кругом, –
Есть дни, когда молчать нечестно и позорно,
Когда один холоп безмолвствует покорно,
Склоненный в прах под тягостным ярмом!»
И слыша этот зов, и слыша этот стон,
Стоустый, общий стон, стоящий над отчизной,
Хочу развеять я гнетущий душу сон
И грянуть над врагом правдивой укоризной.
Хочу и не могу…
                  Когда под мирный кров
Семьи ворвется смерть нежданною грозою…

В узком овраге прохлада и тень,
Звонко по камням струится ручей,
Чуть пробивается блестками день
Сквозь кружевные покровы ветвей.
Вьются стрекозы над свежей водой,
И в полумраке, царящем кругом,
Пахнет какой-то душистой травой…

Как неприглядна ты, родная сторона,
В дни хмурой осени! С утра, не умолкая,
Стучит холодный дождь о переплет окна
И глухо ропщет сад, в тумане утопая.

Прошлого времени тени туманные,
Светлые слезы о лучшем былом,
О, для чего вы проснулись, нежданные,
В скорбном и стонущем сердце моем?
Прочь! Не дразните своим обаянием
Мертвую душу, уставшую жить…

Прозрачна и ясна осенняя заря;
Как свечи, теплятся кресты монастыря
Под заходящими багровыми лучами;
И ночь, в слезах росы и трепете луны,
С дождем падучих звезд с лазурной вышины
Идет, повитая сияньем и тенями…

Вечерело… Солнце в блеске лучезарном
Медленно садилось за зубцами леса;
С отблеском заката трепетно-янтарным
Уж боролась ночи хмурая завеса.
Набегали тучи. Глухо рокотало
Озеро, волнуя вспененные воды,
И у скал прибрежных тяжело вздыхало,
Словно чуя близость гневной непогоды!..

Лунным блеском озаренная,
Синих вод равнина сонная
Далеко ушла в туман…
Дремлет, дышит, колыхается,
И блестит, и разгорается
Неоглядный океан…

Эти думы не новы; когда-то они
   Только лучших земли посещали,
В наши ж черные дни, в безотрадные дни
   Чье раздумье они не смущали?
Это – вечная скорбь человека о том,
   Что не видит из мглы он исхода,
Что не знает, к чему он живет, что как гром…

Весенние ночи!.. В минувшие годы
С какой вдохновенной и сладкой тоской
На гимн возрожденья ожившей природы
Я весь отзывался, всей чуткой душой!..
Весенние ночи с их сумраком белым,
С волнистым туманом, с дыханьем цветов,
С их девственной грустью, с их зовом несмелым,
С безбрежною далью полей и лугов…

Ни к ранней гибели, ни к ужасу крушений
Тебя не приведет спокойный твой удел,
Ты огражден от них ничтожеством стремлений,
Бессилием души и мелочностью дел.
Ты сын последних дней… Едва не с колыбели
Ты уж впитал в себя расчетливость купца,
И в жизни для тебя желанней нету цели,
Как счастье сытого, здорового самца.
С оглядкой любишь ты и молча ненавидишь…

Ах, не много молю у судьбы я, мой друг,
   Я устал увлекаться мечтами:
Было б только пред кем свой сердечный недуг
   Облегчить на мгновенье слезами!
А уж как бы любил я, как свято б любил,
   Без раздумья любил, без завета…

– Не думай, – шепчет лес зелеными ветвями.
– Не думай, – серебрясь, лепечет мне ручей. –
Пусть даль тебе грозит нерадостными днями,
Лови летучий миг забвения скорбей!
Взгляни, как хорошо! Сбегая по обрыву,
Горят под блеском дня душистые кусты…