М. Ножкин - Точка опоры

Нет ли лишнего билета?
Нету, проданы давно!
И простая фраза эта —
Как награда для кино.

В общем, всё в кино возможно,
Фильм по вкусу выбирай,
Труд в кино, конечно, сложный,
Но уж радость — через край!

Радость нашего экрана —
Видеть, мир без войн затих,
Радость видеть крупным планом
Современников своих.

Фильмов наших и не наших
Память множество хранит,
Только правда жизни чашу
В нашу сторону клонит!

Нынче зритель — вся планета
У советского кино,
Шесть десятков лет по свету
Гордо шествует оно!

Новый, светлый мир мы строим,
Время двигая вперёд,
Изо всех киногероев
Главный наш герой — народ!

На экране — наши люди,
Наша Родина труда,
Было так, и есть, и будет
В наших фильмах навсегда!

Здравствуй, здравствуй, кинозритель!
Рады встретиться с тобой,
Здравствуй главный наш ценитель,
И учитель, и мучитель,
Самый добрый попечитель,
Самый главный наш герой!

Ах, сколько музыки чудесной
Кинематограф нам дарит,
Порой от фильма только песня
Живёт, а фильм давно забыт.

И, если песня хороша,
С экрана к людям улетает,
Поёт у зрителей душа,
И у актёров сердце тает.

А песни всем необходимы,
Одну особенность заметь, —
Ведь жизнь и песня — неделимы,
Пока мы живы — будем петь!

Так пусть мелодии экрана
Опять на сцене зазвучат.
Друзья, на встречу к вам пора нам
Ансамбль пригласить сейчас.

Ансамбль этот необычный,
В составе очень непривычном —
В нём композиторы одни,
В нём наши кинозапевалы!
Хороших песен все они
Для фильмов создали немало.

Чуть позже слово им дадим,
И по отдельности, и вместе.
Мы их сначала разглядим,
И вспомним лучшие их песни…

К роялю Пахмутова села,
В момент нарушив наш покой,
И сразу принялась за дело,
И песни потекли рекой.

Росточком пусть невелика,
О ней мы не по росту судим,
Недаром учат нас века, —
Мал золотник, да дорог людям!

Марк Фрадкин, наш товарищ старый,
Взял в руки добрую гитару,
Нашёл душевную струну,
И тронул за душу… страну!

Известен всем талант его,
Создать любую песню может,
И за себя, и за того,
И за другого парня тоже…

Андрей Петров схватил тромбон,
На всю страну тромбонит он,
И в опере звучит давно,
И в оперетте, и в кино…

Огонь в груди,
все жанры в голове,
Вся грудь полна наград,
И он идёт, шагает по Москве,
Проездом в Ленинград.

Ян Френкель над струной колдует,
Он скрипку взял — и в ус не дует!
Его давно зовёт гудок
В тот подмосковный городок!

Он где-то там, не здесь, не с нами,
Летит в заоблачной дали,
Курлычет вместе с журавлями
Во славу матушки-земли.

Звучит Эшпая трубный глас,
Эшпай трубит о вас, о нас,
О том, что наша жизнь — борьба,
А нет борьбы — и жизнь труба.

И вечно окрыленны
Эшпаевой трубой —
Сережка с Малой Бронной
И Витька с Моховой!..

На Богословского, люди, взгляните,
В центре ансамбля он, в центре событий,
В центре он всюду, везде и всегда,
Если он в центре не будет — беда!

Он центробежною силою движим,
Вечно проездом в Нью-Йорк из Парижа,
Юмор — его закадычнейший друг,
Люди смеются и плачут вокруг.

Пишет он музыку, песни и книжки,
Взрослые любят его и детишки,
Любят его всевозможные музы,
Член всяких творческих наших союзов.

Все ему жанры и формы подвластны,
В общем, ударник он, это вам ясно.
Многостаночник, мультфильмов кумир,
Палочки в руки — и дробь на весь мир!