Илья Британ - Богу

Люби меня в чужом краю:
Пройдёт земное горе мимо,
И душу обновит твою
Господь улыбкой херувима…

Тоскуют пред портретом
Печальные цветы…
Как жутко быть поэтом
В обманах суеты!

Прекрасна орхидея
Суровая, как рок;
Но мне всего милее
Родимый василёк!

Расстались; навсегда ли,
Никак я не пойму.
Мой смех ведёт к печали.
Молиться? — но кому?

В твоём молчаньи строгом
Таится приговор:
Забытый даже Богом,
Уйду я в свой затвор…

Мне снишься ты в неволе
И русская земля.
Конец мой далеко ли?
Не Смерть ли у руля?

Открыли пред портретом
Цветы мне в поздний час…
— Останься недопетым,
Безумный мой рассказ!

В своём изгнанья, как в могиле,
Всё жду — чего, не знаю сам.
Всю ночь гудят автомобили
В дрожащей радуге реклам.

Я — сиротливый сын печали,
Слезами вспоенной земли…
Господь, в Своей небесной дали
Мольбе отравленной внемли!

Веселой радости не надо
За боль тернового венца:
Взыскую Пламенного Града,
Хочу последнего конца!

Сгори, земля! исчезни, Время!
Погибни, Смерти торжество,
И Ты в нетленной диадеме
Сойди для Царства Своего!

Гудят распутные машины,
Сверкает ложь в огне реклам;
Я чётко слышу рёв звериный
И жду — чего, не знаю сам!

Спи, мечтатель мой больной!
Всё проходит стороной;
Время мчится под откос.
Я отвечу на вопрос!

В бездну оба кинь весла!
Буря парус унесла;
Ни луны, ни бледных звёзд, —
Лишь кометы жёлтый хвост.

Спи, мечтатель мой больной!
Всё бессильно перед мной;
Думы — злые палата;
Сердце глупое, — молчи.

Ветер кружит лепестки;
Не сильней любовь тоски;
У могильного креста —
Даль небесная пуста!

Спи, мечтатель мой больной!
Нет дороги в мир иной;
Без надежд и светлых грёз
Я отвечу на вопрос!

Ночь кошмарна, ночь черна,
Но не бойся: я — верна.
Всех любить — напрасный труд:
Люди — гномы, люди лгут!

Спи, мечтатель мой больной!
Кратко любят под луной:
Кто любила, та ушла, —
Я одна не знаю зла.

Дьявол тянет канитель;
Я качаю колыбель.
Дам тебе теперь ответ:
Мир — обман, а Бога — нет!

Спи, мечтатель мой больной!
Путь окончился земной, —
Душу мне отдай свою:
Смерть я!.. Баюшки-баю…

Бал в китайском балагане.
Гости. Музыка. Вино.
Всё, как в сказочном тумане.
Всё — безумно. Всё — пьяно.

Под сверлящий треск там-тама
Пляшет грузный мандарин.
И фонарь слепит упрямо,
И рыдает тамбурин.

Скачут серые драконы,
Изгибая серый стан.
Крики. Хохот. Песни. Стоны.
Мрачен только богдыхан.

Лик его сокрыт под маской.
Это — Дьявол: он царит.
Фиолетовою краской
Троп фарфоровый залит.

Курит опиум. А люди,
Преклоняясь перед ним,
Разрывая воплем груди,
Слёзы спрятали за грим.

В тине жуткого колодца
Потонуло всё вокруг.
Бог не слышит, — не проснется…
Бал безумья! Танец мук!..

Всё — без цели. Всё — без Бога.
Совесть — к черту! Мир — обман!
Всем, всему одна дорога: —
К Смерти через балаган…

Цыц! — не плакать! — больше пей ты!
Мы погибли? — очень рад!..
Руку дай: под хохот флейты
Прямо в бездну, — прямо в ад!..

Я хочу на пречистой Голгофе,
Где за призраки умер сам Бог,
Пить с ликёром турецкое кофе
И жевать апельсинный пирог.

Я хочу у Большой Пирамиды,
Где бессмертье нашёл фараон,
Покупать у разносчика «виды»
И мечтать про уютный вагон.

Я хочу на печальном погосте,
Где в Небесное Царство врата,
Поиграть с проходимцами в кости
И сигары курить у креста.

Я хочу… скажешь ты: поцелуя? —
Нет, уж лучше — отравленный нож!
Ничего, ничего не хочу я,
И меня, я прошу, не тревожь!..

Я давно в могиле чёрной
За кладбищенской оградой
И не помню жизни вздорной,
И желаний мне не надо.