Но пометьте себе: не всегда серебром дышит лунность,
А нас старят года… и что Старость – она без прикрас!
Пусть и Богом дана… хороша… но… не вечная Юность,
И приходит она, к сожалению, к нам только раз…
Это я говорю! – Телом стар, но душой не калека,
Где-то в мыслях моих, рвётся в бой созидания зверь!
Заклинать, он готов, возносить чистоту в человеке! —
И твердит: «В доброту, Человек, без сомненья, поверь!»
Отдаю свой порыв в ваши юные крепкие руки,
И пусть тушат они… вдруг прорвавшийся в Мире пожар!
И не гром канонад – музыкальные нежные звуки
Извлекали б всегда… как зеницу храня Земной Шар! —
Оглянись, сын и внук! … Иссуши у обиженных слёзы!
Оседлай… обуздай, прорастающий нечистью, грех,
Посади без шипов, чтоб не ранили помыслы, розы,
Чтоб не слышен был плач… а лишь песни и праздничный смех!
Вдруг настанет тот миг! … То себя, может быть, не жалея
Ты отдашь своё Всё… в Человечью Копилку Земли!
Чтобы после тебя… бескорыстную радость лелея,
Правнук твой наблюдал… как по небу летят журавли…
Я от дел ухожу… без обиды… без страха… без плача…
Я прошёл своё всё… на несчастья и счастье глядел!
Но оставить хочу… пожеланья Земле на удачу,
И надеюсь на вас – на добро ваших мыслей и дел…
Быть может я не голубых кровей,
Не отпрыск даже благородной Розы —
Но слышу я, как плачет соловей,
Как превращает трели в свои слёзы!
Я слишком стар, мой облик из седин,
От лет… давно полузакрылись веки —
А в глубине, в сети моих морщин,
Лежит налёт от каждого калеки…
И знаю жизнь – не высушит всех слёз,
Не всем засеять радость в своё поле,
Но шип торчит от мимолётных роз —
Где-то в душе и в сердце сильно колет!
Ведь все потери болью не унять,
Не скажешь: «Стоп!», тому, что мчится мимо…
И знаем мы, что больше не обнять…
Наших… навек… ушедших… но любимых!
В морщинах только абрисы их лиц,
Они для нас ещё так много значат…
Не разоряйте люди гнёзда птиц —
Они ведь тоже песней своей плачут…
А есть ли дверь… с задвижкой золотой?!
Мне приснился Эдем… и ищу в нём я двери от Рая…
Преграждает мне путь у порога невидимый Тролль.
Зашипела Змея: «Не твоя эта дверь, а чужая!» —
Да хохочет зверьё: «Растерял ты по Миру пароль!».
И кричит мне Адам, как труба, полна правого гнева,
Вырывает из рук, об меня разбивая пос`ох:
«Ты уже опоздал… Здесь лишь образ святой твоей Евы,
Пил счастливец другой, как нектар, её яблочный сок!»…
Пролетала так Жизнь… воплощались все годы в потери.
Как скульптурой из льда этот образ развеялся в дым —
Я ходил много лет, ежедневно искал Свои двери,
Вроде бы находил… но… везде оставался чужим.
Там за каждой жила, непонятна душе моей, каста,
Говорила: «Герой? … Коль не страшно, попробуй шагнуть! —
Только помни, что здесь ты всегда будешь лишним балластом,
Можешь всех погубить – вместе с дверью чужой утонуть!»…
А себя потрошить?! – Убирать тот балласт… как же грозно! —
Да какой там балласт?! Посмотрел на себя – пустота!
Изменять антураж?! – Исправлять свой сюжет уже поздно —
Из попыток пустых будет смех и одна маета!
Указал мне мой Рок, чтоб я полз на коленях до Бога,
Что гордыни моей безвозвратно повергнут редут:
«Ты себя износил, не маячь… а… ложись у порога —
В изголовье тебе, может быть… кирпичи подадут!»…
Утешайся! – Кирпич, был до обжига мягкою глиной,
Не взыщи, что сейчас испытал неудобство и боль,
И представь, что лежит под тобою из пуха перина,
Чай, она не набьёт на боках и на шее мозоль.
Только гордо крепись! … Пусть ты старый и жалкий калека —
Память есть! – В ней живут… и зов моря… и звёздная ширь.—
Чтобы быть до конца не зверьём, а в себе – человеком,
Погрызи свой сухарь… и представь… что ты вновь богатырь! —
Не бесследно ж текли в бурунах твои Лучшие Годы! —
Даже если стучал не в свою, а в соседнюю дверь…
Оставлял свою плоть… своё сердце… в зарубках природы…
Вспоминай… не греши! … И радей… что пока ты – не зверь!
Читать дальше