Попробуем. Что держит памяти,
Не знаю, решето иль сито?
Но то, что держится, то впаяно.
То замуровано. Прибито.
Кузовка, Песковатка, Аннино
Крутое, Байгора, Петровка.
Как ни крути, им место занято.
Судьбой очерчена тусовка.
Срослись с тобою переправы.
Домишки ветхие при въезде.
Дороги тряские, ухабы
И ночью влажные созвездия.
Дымы под утро над деревнею.
Туман скользит по скатам крыш.
Еще минута… Солнце светит,
А ты, малец, так сладко спишь!
Беда – не повод для тревог.
С годами прибывают беды.
Но сладок утренний глоток
Воды в стакане, освещенной светом.
И снисходителен прищур
Усталых глаз. Их обладатель
На все вопросы отвечает – «Пас!»
Он – не игрок. Он – наблюдатель.
Он курит крепкую махру.
И, сидя сиднем на крылечке,
Всех проходящих по селу
Зовет с улыбкою сердечной.
Всех баб и редких молодиц
Приветит ласковое слово.
Среди разнообразных лиц
Уже он не встречает новых.
Всех деревенских пацанов
По отчеству он величает.
И родословную дворов
Для сельсовета разъясняет
Но где кончается село,
А где он сам берет начало,
О том не знает ничего.
И, видно, никогда не знал он.
Декабрьская тьма. Остановка. Маршрутка.
Сидишь у окна. Полудремы минутка.
Езда на работу в сознании зыбком…
Как вдруг промелькнула живая улыбка.
Лицо, как лицо. И не сразу приметишь.
Простое пальтишко. Покатые плечи.
Улыбка же – нежит. Улыбка нас правит.
И хрупкое сердце, как олово плавит.
Такая улыбка в декабрьские дни
Случайную радость, как сторож хранит.
Светило пропавшее нам замещает.
Нас греет, голубит, щадит и прощает.
Нехитрая песенка пока еще поется.
И словА не подыскиваю – какие придется.
То мелодию затяну, то на миг обрываю.
То ниточку ловлю, то никак не поймаю.
И тропка прибитая. Идешь медленно.
Сосны на берегу золотисто-медные.
Сквозь облако протянута солнечная спица.
Голову поднимешь – голова кружИтся.
Из города, где нет ни воздуха, ни воли,
Надумали свинтить. Без лишних предисловий.
Домишка маленький на Истре или Клязьме.
Ну, что еще нам надобно для счастья?!
Здесь лес простой, сквозной, пахучий.
А воздух тихий. При движении певучий.
На небе медленно-изменчивые тучи
И взгляд теряется вдали. И не бывает круче.
Народ здесь «окает». И речка говорлива.
В саду посадим мы и яблоню, и сливу.
Соседская корова молоком приветит…
И, может, поживем еще на белом свете!
Лилейник, камнеломка, ноготки…
Лилейник, камнеломка, ноготки,
Петуньи, хосты, дикий виноград…
Размашистые, яркие мазки
Между землей и воздухом парят.
* * *
Медведицы неполный пятизвездный ковш.
Звезды полярной тусклый огонек.
В куртёнке съёжился, чуть утишая дрожь…
Как воздух влажен. Ах, как мир хорош!
Денек обычный. Сада уголок.
Поставили у ивы пеликана.
Это – муляж. Изделье. Но упрямо
Он втискивается в ряд живых существ
Почти неотличим от них с хвостом чернявым.
И белых перьев в тусклом солнце блеск.
И красный клюв. И взгляд невозмутимый.
На полотне газона, потерявши вес,
Того гляди, он снимется. И улетит лениво.
Улетела, как бабочка, из подъезда соседка
В белых майках играют шахматисты в беседке.
Дворник кончил работу. Метлу зачехляет.
Где-то варят клубнику. Дух клубничный витает.
Как пчелиный укус, день, отчетлив и внятен.
Зреют желтые яблоки солнечных пятен.
В поднебесье колышется жаркое лето.
И не знаешь на этом ты свете? На этом!
«Над крышами сельских домов…»
Над крышами сельских домов
Живет первобытное царство
Тяжелых ночных облаков,
Похожих на школьные кляксы.
И комнаты теплой уют,
И чай за скатеркою чинный
Внезапно покажутся тут
Случайной ничтожной пылинкой,
Что в миг растворится во тьме
Холодной межзвездной печали…
Пойду-ка я лучше к жене.
Поди, уже дома заждались!
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу