1 ...7 8 9 11 12 13 ...18
Всю ночь дул южный ветер, Рахеро, с ним борясь,
Всё гнал каноэ в море. А женщина, трясясь,
Сидела молча, как спала. Но вот заря настала.
Высокой длинною грядой слева земля стояла,
Над пиками Тайарапу взметнулись солнца стрелы,
И враз все птицы берегов песнь радости запели:
Час привиденьям на земле в могилы уж вернуться.
Она же, храбрость всю собрав, решила обернуться,
И, повернувшись на него, в лицо ему взирала:
Он – точно не из их земель, она таких не знала,
Сидел он гол и обожжён, в отметках ночи злой,
Но был он статен и красив, приятен для любой.
Смотрел Рахеро на неё, и хмурым взгляд был тот,
Решал: достойна ли она родить ему народ.
И плечи вроде широки, обилен торс и таз,
И грудь высокая стоит, и ярок смелый глаз.
«Женщина, – так сказал он, – люди твоей земли
Всех взрослых и всех их детей – весь мой народ сожгли,
Сделав коварно дело. Спасся лишь я – силач.
Теперь в безлюдные земли, где детский не слышен плач,
Вместе с тобой плывём мы и будем их обживать.
Предрешено давно всё, – ещё не жила твоя мать:
Мужу – пасть в тщетной битве, сломленным этой рукой,
Тебе – быть со всем разлучённой, со всем, любимым тобой:
С местами, с людьми и домом, с кланом, с роднёй твоей, –
Рожать в одиноких землях безродному мне детей».
Примечания к «Песне Рахеро»
Введение. – Эту сказку, в которой я сознательно не изменил ни одной детали, я получил из предания. Она очень популярна по всей стране восьми Тева, клана, к которому принадлежал Рахеро, и особенно в Тайарапу, наветренном полуострове Таити, где он жил. Я слышал от конца до конца две версии, и целых пять разных людей помогали мне с деталями. Кажется, нет никаких причин, по которым сказка не должна быть правдой [24] Стивенсон здесь немножко лукавит по поводу первозданности деталей. Как можно не изменить ни одной детали, если исходно было две разные версии произошедшего? Как минимум, далее он сам же сознаётся, что заменил имя короля Намуну-ура и необоснованно распространил на это племя принципы организации Тева, а по поводу запутанности с дислокацией земель Вайау уже упоминалось. Но это можно простить автору, ведь он не располагал ни Интернетом, ни спутниковыми картами, и в силу своего болезненного состояния даже не мог себе позволить объехать весь остров лично. В любом случае, его роль как собирателя и популяризатора наследия островного фольклора Полинезии остается бесценной.
.
<1> «Айто» – как бы рыцарь или храбрец [25] Также «айто» на Таити называют железное дерево, Casuarina equisetifolia, из которого делались все виды оружия таитянских воинов до прихода на остров европейцев.
. Владеющий каким-то оружием, странствовал по стране, бросая вызов именитым соперникам и участвуя в местных поединках. Естественным путем его продвижения было – наконец быть нанятым вождём или королём, и тогда в его обязанности входило предавать смерти назначенную жертву. Указывалась одна из обреченных семей; айто брал своё оружие и выступал один; немного позади него следовали носильщики с жертвенной корзиной. Иногда жертва вступала в бой, иногда побеждала, чаще, без сомнения, была повержена. Но какое бы тело ни было найдено, носильщики равнодушно брались за своё дело.
<2> «Пай», «Хоно-ура» и «Ахупу» – легендарные люди Таити, все выходцы из Тайарапу О первых двух я собрал единичные, хотя и неполные легенды, которые, надеюсь, скоро изложу публике в другом месте [26] Бен Финни (Ben Finney) в своей статье «Таитянские стихи Роберта Льюиса Стивенсона», вышедшей в 1964 году, отмечает, что легенды о Пае и Хоно-уре были опубликованы Стивенсоном в 1892 году в одном из лондонских журналов под заголовком «Две таитянские легенды». Оригинальный текст этих произведений для их перевода мне найти не удалось. Известно, что они были в прозе и весьма короткими. Интересующийся читатель может во второй части этой книги ознакомиться с поэмами об этих легендарных героях Таити в моём исполнении.
. Об Ахупу, за исключением отрывков из песен, осталось мало воспоминаний. Ясно, по крайней мере, что она жила около Тепари [27] Тепари (Te Pari) – гористая местность на самом восточном крае Тайарапу, практически непроходимая.
– «морских утесов», – восточной твердыне острова; ходила по горам известными только ей тропами; за ней пытались ухаживать опасные кавалеры, приплывавшие с соседних островов, а защищали и спасали от них (как я понял) верные ей местные рыбы [28] Что касается легенды об Ахупу, то, похоже, более менее детальное её содержание действительно кануло в Лету. Но во второй части этой книги я смею предложить читателю поэму про историю происхождения названия деревни Теахупоо, о другой девушке, надеюсь, она покажется не менее интересной.
. Мое желание узнать побольше об «Ахупу вехине» [29] В оригинальном издании здесь «Ahupu vehine», но правильно будет «Ahupu vahine». «Vahine» – по-таитянски означает «женщина». Почерк Стивенсона не отличался читаемостью. Возможно, это результат ошибки наборщика и незнания материала корректором.
стало (во время моего пребывания в Тайарапу) причиной некоторого отвращения среди этих веселых людей, местных жителей.
Читать дальше