Я не дел заплечных мастер,
Не судья, не прокурор.
Не шпион, как Джон Ланкастер,
Не бродяга и не вор.
Не плохой и не хороший,
Не смельчак, но и не трус.
Редко бью в свои ладоши:
Просто их отбить боюсь.
Не рыбак и не охотник,
Не курю, но не спортсмен.
Не от кресла подлокотник,
Также я не полисмен.
Не поэт и не политик,
Не певец и не танцор.
Разных дел не аналитик,
Не люблю к тому же спор.
Всё умею понемногу,
Но профессии нема.
Не иду со всеми в ногу,
Но от женщин без ума!
Люб я попочку потрогать
Или титечки намять!
Не судите слишком строго,
Трудно мне себя унять.
В массажисты я подамся.
Вот она, моя стезя!
В руки женские отдамся,
Жаль, с замужними нельзя!
На открытке в День святого Валентина
Стих вчера моей любимой подарил.
Но сказала мне она, что я скотина,
Обещал ведь ей смартфон, но не купил.
И припомнила, в году что ещё прошлом
В Клары Цеткин день я также сочинил
Мадригал, но с содержаньем очень пошлым,
И его с довольным видом ей вручил.
Разодравши, словно старую занозу,
Утверждала мне, что каждый Новый год
Я читаю ей стишки, как Дед Морозу,
Не потратив ни копейки больше. Вот!
Этот шквал её претензий всех прослушав,
Я стоял, как будто мальчик для битья.
Говорит: «На день рождения, Андрюша,
Подарю тебе я пену для бритья!»
Мир мне внутренний не тесен:
Есть фантазии полёт.
Также внешний интересен,
Только в нём наоборот.
Пусть не Армстронг я, но всё же
Полетел бы на Луну.
Но сейчас порой не можешь
Даже в ближнюю страну.
Маскарады, карантины
Не смогли защиты дать.
Тесты ПЦР, вакцины,
Правда, толку не видать.
Надо что-то делать срочно,
Надо мир спасать скорей.
А не то придёт всем точно
Или ямб, или хорей!
Надоело милой лишь о чувствах
Говорить со мною каждый вечер.
О философах и об искусствах
Захотела, вёл чтоб с нею речи.
В интернет к Платону и Эсхилу
Я решил скорее обратиться
И с лицом, подобным Бенни Хиллу,
Интеллектом с ней решил сразиться.
Но такой психической атаки
Не предвидел разум её, видно, —
Чуть беседа не дошла до драки,
Только зря готовился – обидно!
Как йог, пребывающий в трансе,
Кружуся в астральном я танце.
Чуть позже в самадхи впадаю,
На небо седьмое взлетаю.
И вот уже весь я в нирване!
Валяюсь на мягком диване.
В блаженстве ем роллы и суши,
Но я же не бью ведь баклуши!
Я увлекался йогами различными
В течение довольно многих лет.
С людьми общался только лишь приличными,
В душе моей оставившими след.
А также изучал я все конфессии,
Чтоб очень просвещённым, добрым быть.
Ещё освоил разные профессии,
Уверенно по жизни чтобы плыть.
Однажды, занимаясь раджа-йогою,
Нечаянно открыл я третий глаз.
Попыткою мучительной и долгою
Его закрыть пытался целый час.
С тех пор вся жизнь резко изменилася —
Порою плачу чуть ли не навзрыд.
И «крыша» много раз уже дымилася:
Охота спать, а третий глаз открыт…
Давно уже завяли помидоры
И отделил всех мух я от котлет.
Не ранят больше всякие раздоры,
И на земле счастливей меня нет.
Хвалить не надо то, что не по вкусу,
А также целовать в теченье дня.
И неподвластен больше я искусу,
На сердце у меня сейчас броня.
Нет больше правых или виноватых,
И ревности уколов больше нет.
Обиды все размеров необъятных
Как дым исчезли, не оставив след.
Я всё старался делать только лучше,
А получилось, в общем, как всегда!
Не надо становиться теперь круче,
Себя ведь не обманешь никогда.
И, вырвавшись из всех хитросплетений,
Аскетов мудрых понял я удел.
Искать не буду больше приключений…
Ой, кажется, я кушать захотел!
Как хорошо бывает летом,
Когда пешком домой идёшь.
И улыбаешься при этом
Да тихо песенку поёшь.
Навстречу женщины и дети
И мужики порой идут.
И вижу я, что люди эти
Все тоже радостно поют.
Читать дальше