Антон Каспров - Витражи

В этот час мужской конгресс
Обсуждает «Мерседес»:
Сей подарок дорогой
Для хозяйки молодой.
Раза три прошлись по кругу,
Позавидовали другу,
Да почмокав языками,
Шины попинав ногами,
И облазив всю кабину,
Все одобрили машину!
Стали барина крутить
Как бы шины «замочить».
Ну а барин наш простой,
Да из шланга брызь водой!
Только гости здесь не те:
Пузыри пускать в воде.
Ведь у них своё чутьё,
Вырвут с жабрами своё!
Каждый второй бизнесмен,
Да министр супермен.
Тут уступок не проси
Да вино быстрей неси.
Ну а барин фронтом встал,
Все атаки отбивал,
Долго им сопротивлялся,
Да в атаку сам бросался
И акул, сих воротил,
Метким словом часто бил,
И дуэли сей в концовку
Сам послал гонца в Сычёвку.
А пока он для разгона
Бутыль вынес самогона
Пятилетнего отстоя
Из народного настоя:
Третья часть, на дне, малины,
Пару зёрнышек калины,
Крепость градусов полста,
Вот где чмокали уста,
Звон малиновых бокалов
Заглушал лишь свист с мангалов.

Вскоре бутыль опустела
И душа уже созрела,
Раскраснелись ярко лица:
«Нам бы в пору да ушица», —
Молвил жирненький гурман,
На пустой икнув стакан.
Все идею поддержали
Да где рыбки взять, не знали.
А гурман, икнув, опять:
«Я могу ее поймать,
Только вы мне помогите
Да на пристань все сойдите,
Песню вместе споём в лад,
Бьюсь я с вами об заклад,
Как закончим петь стишок,
Будет рыбки вам мешок.
А теперь все дружно встали
И за мной чтоб повторяли».
И где речка разлилась,
Звонко песня полилась:

«Черномор наш, водяной,
Ты могучей бородой,
Да усами потряси,
Да нам рыбки принеси.

Черномор наш, брат родной,
Ты разбойник водяной,
Мы пираты-бизнесмены,
Нувориши, супермены.

Черномор наш, старина,
Мы нальём тебе вина,
Только ты для нас, друзей,
Налови нам карасей.

Черномор ты наш, дружок,
Загляни на огонёк,
Заморились петухи
Ждать наваристой ухи.

Черномор наш, седина,
Бочку выкатим вина,
Если мы в кругу твоём
Все станцуем да споём».

Гости эту песню спели,
Еще раз было хотели,
Только тут до их ушей
Долетел вдруг звон цепей.
Гости слухом не блистали,
Да откуда звон искали,
Слух предельно навострили,
Головами покрутили,
Да глазами поморгали
И чудес все ожидали.
Звон цепей тут прекратился
Да в скрип вёсел превратился.
И где речки крутизна,
Появился нос челна,
А в челне во весь упор
Веслом правил Черномор:
Бородатый да плечистый,
Здоровенный, мускулистый,
Да к причалу бортом встал,
Цепью челн пришвартовал.
К челну гости взгляд прильнули
Да и вместе все вздохнули,
А увидел гостей взор:
Сей могучий Черномор
Оказался всем знаком —
Браконьером-рыбаком.
Вот рыбак наш в рост поднялся,
Широко заулыбался,
Да слегка качнув челнок,
Приподнял большой мешок.
И по днищу челнока
Блеск разлился судака,
Да с плеча, тьху, тьху, не сглазь,
«Вот судак вам да карась.
Только вы уж извините
Да к ушице пригласите.
Ну а между тем пока
Не судите рыбака,
Для согрева мышц, костей
Да за здравие гостей
Прошу рюмочку налить
Да улов мой закрепить.
Когда песню вашу слушал
Вспомнил, что с утра не кушал,
А когда вы про вино,
Сдержать мочи не было.
И упрямый мой бурдюк
Потащил меня на звук,
Что приятно речкой лился.
Вот и я на вёсла злился
И направил челнока
К вам, по курсу бурдюка».

Вот уха уже поспела,
На углях слегка кипела,
Ароматный пар везде
Сей божественной еды
Двор повсюду наполнял,
Всех гостей вокруг собрал.
Лишь носы венком синели,
Вдруг над паром покраснели.
Гости дружно зароптали
Да хозяина позвали.
Плотным кругом окружили
И на «Хеннеси» крутили,
Да к ушице, к судакам —
Вот где праздник едокам.
Здесь здоровья, силы кладь,
Здесь огонь, вода и плоть,
И по нраву коль еда,
Проживешь ты лет до ста,
При здоровье, при уме
Век пробегаешь к куме.
А к гостям-то наконец
Возвратился наш гонец,
Наш беспалый старина
За бутылочку вина
Два часа в поту сражался
И героем оказался.
Победителя встречали,
Дружно все «ура» кричали,
Пот со лба ручьем струился,
Только спринтер наш не злился,
И готов он был решить
Прежний свой рекорд побить,
Лишь наградой для бойца
Было бы стакан винца.
Ну а гости ждать не стали,
Дружно «Хеннеси» прибрали,
Да бутылку за другой
Запивали лишь ухой.
Смачно все уху хлебали,
Да мух ложками гоняли.
Мухи над котлом кружились,
Многие уже варились.