– Сто восемь этажей и сто восемь подъездов, – вспомнила Лиза. – Ну что же, осталось найти вход, – она вздохнула, и пошла по набережной вдоль стены. Долго ли, коротко ли шла принцесса – неизвестно. Она дико хотела спать, и отчасти поэтому, честно говоря, ничего не соображала. Вдруг девочка услышала:
– Ваше Высочество, сюда. Вас ждут-с.
Лиза вздрогнула и посмотрела налево. У высоких и очень широких дверей, над которыми нависал деревянный горельеф, головы носорога, стоял изумительный, песочно-белый верблюд, и весело улыбался.
– Иветта ждёт вас, – повторил он. И встав на задние ноги, постучал в дверь.
Дверные половинки ушли в стены, как в лифте. За ними оказалась железная решётка, тут же уехавшая куда-то вверх.
– Действительно, как старинные городские ворота, – подумала Старшая Принцесса, и смело шагнула за почти белым верблюдом во влажный полумрак холодного подъезда.
III
«Капитан Недостроенного Корабля»
Раздались аплодисменты. Королева повернула голову, на звук, но ничего не увидела. Впрочем, это не удивительно – снег слепил глаза, летела она достаточно высоко, а внизу тускло светились редкие красные фонари на улицах Суургейма. На хуторах Вяйкелинна, сами понимаете, свет не горел, все крепко спали. Впереди дорогу ей преграждал какой-то небоскрёб. Её Величеству пришлось увеличить высоту. На горизонте Королева видела блуждающие огни Таллиннского мегаполиса, корабли, стоящие на рейде «Южного Порта», и даже, далеко-далеко в море, островное королевство Лур, входящее, как вам наверняка известно, из уроков истории, в анклав государств Северо-Восточного Уэльса. Вдруг мимо Её Величества на дикой скорости пролетела какая-то девочка в пепельно-сером плаще. Но Королева не удивилась, она сама впервые полетела каких-нибудь полчаса назад. Да-да, до этого прискорбного события Её Величеству и в диком сне не могло присниться, что у неё вырастут крылья. Но когда неизвестно кто похищает твоих любимых крошек, тут не только крылья вырастут, тут можно переплюнуть по силе волшебства фею Стеллу и фею Гимгему вместе взятых.
Наконец, Её Величество увидела того, кого искала – Капитана Хэйки. Пират шёл задом наперёд, и бил в барабан.
– Хорошо всё-таки, что у него один нос, – подумала Королева и, аккуратно облетая лужи, приземлилась рядом.
– Десять тысяч разрушенных мостов над дико чистыми реками! – испуганно воскликнул Пират. – Ваше Величество, что же происходит в этом мире, и почему так тихо?!!!
Капитан снял барабан, присел на корточки и, взяв охапку оранжевых листьев, вытер мокрое от холодного пота лицо. Королева прислонилась спиной к фонарному столбу.
– Хэйки, дорогой, Марта больше не красит ежиные иголки и прилипшие к ним листья в синий и чёрный цвет, а Танечка не командует парадом. Даже не построив корабль, нельзя остановить войну. Охота началась, смотри.
Она показала в дальний конец переулка. Там, на лестнице ведущей вниз мелькнула фиолетовая тень Троллейбусного Контролёра из «Южного Порта». Пират метнул нож.
Нож пролетел сквозь пустоту, ударился о стену дома, и рассыпался на десять тысяч золотых монет. Капитан глубоко задумался.
– Вчера в мрачных общественных столовых «Южного Порта», возле гиблых болот Вонючего Залива Диких Призраков, неизвестные пока ещё мне, дикие санитары 15-й психиатрической больницы имени Бенито Муссолини спорили с дикими водителями троллейбусов о необратимости и неразрывности времени умственно отсталых работников пера и топора, и их ещё непридуманных Персонажей. Надо там потолкаться в толпе, что-нибудь, да узнаем. Пират достал из кармана своей потёртой джинсовой куртки пирожок и быстро съел его.
Храбрый джентльмен из Таганрога
Вышел, как-то один на дорогу.
И увидев звезду
Он достал на ходу
Ветчину. И покушал немного, Вспомнила Королева старый лимерик Бывшего Лётчика, и невольно улыбнулась Хэйки уверенно взял Её Величество за руку, и они понеслись вниз к таверне имени
«Удивительной памяти и невероятно хорошего зрения Дикого Кролика». Ещё издали они увидели пьяного в сосиску Контрабандиста Вовку. Он бился ушами об асфальт и пел весёлые песни.
Соня подняла голову. Перед ней стояла её родная пра-пра-прабабушка по матери – герцогиня Анастасия Александровна Левобережноамурская, родная дочь Александра Павловича Гоголя. Того самого, нашего знаменитого естествоиспытателя и бесстрашного укротителя неопознанных порывов души.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу
