Антология - Поэзия Африки

Повсюду
в просторах грядущего утра,
в расплывчатых контурах маскировки,
в гуле войны,
в агонии черного дыма
и пороха —
люди,
чья битва в тылу.

То, что на поле боя
обернется болью,
выстрелом в упор,
здесь, в тылу, отзывается
смутным беспокойством сердец,
болью за себя и за них.
Эвакуация, разлука, тревоги,
вести о потопленных караванах судов.

Война расшатанных нервов:
война, колющая нас
вестями с войны.

Бессонные ночи
сердец,
пишущих стихи
нервами
войны.

И чудится,
будто фронт —
на востоке, юге, в небе, повсюду.
И что война — не где-то,
а в нас!

Час расставанья
камнем в груди.
Час расставанья,
не приходи.
Вспомню, что ты
ждешь впереди, —
на сердце мгла,
жизнь не мила.

Грозное море
ждет меня вновь.
Дай мне, любовь,
выплакать горе.
Плоть, как раба,
в путы возьмут.
Душу — ее
не увезут.

Сладко с тобой,
горек отъезд.
Горе изъест,
жить надоест.
Если умру
в дали безвестной,
волею бога
дома воскресну.
Я не уйму
слез расставанья.
Нет моему
горю названья.
Сможешь ли боль
сердца живого
выразить ты,
жалкое слово!

Я не уйму
слез расставанья.
Нет моему
горю названья.
Здесь, близ тебя,
мучусь ревнуя.
Как же разлуку
перенесу я?

Крик раздирает мне горло…
В этом крике пламенный ветер
или огонь преисподней.

Горизонт сжимается, как петля,
на далях и моих надеждах.
Не знаю — то ли он из крови,
то ли из пыли кровавой.

(О, если б изведать ласку
прохладной тени,
зеленых веток,
утесов влажных!)

Кажется, голос канул
в море солнца, где растворились
все предметы.

Я кричу — и не в силах
выдрать черствый крик из глотки,
и не знаю,
чем от тоски откупиться.

Дайте мне озеро — много
озер с прозрачной водою,
откуда напился бы взгляд мой.

Поля зеленые дайте,
чтоб вырвался на свободу
придушенный голос.

Я и ты задумали
Выстроить наш мир.

Ты носил камни, воду, размешивал известь.
Я стоял поодаль, наблюдая твою работу:
— Красивое будет зданье!.. —
Я вошел,
Я все осмотрел внимательно,
С благодушной улыбкой:
— Хорошее будет зданье!.. —
Ты орудовал ломом и лопатой…
Ты дороги прокладывал,
И сажал деревья по обочинам этих дорог,
И поранил руки, и до крови стер ноги
На этой тяжелой работе…
А я тем временем сел в машину,
И проехал по этим дорогам,
И сорвал плоды с деревьев, которые ты посадил.
— Как все хорошо, как все красиво! —
Ты копал землю и бросал в нее семена.
И окропил эту землю своим потом.
Я восхитился твоим урожаем и крикнул:
— Сытость! —
Ты опустил заступ
Всего на одну минуту,
И вытер пот со лба,
И сосчитал скудную плату,
И закричал:
— Голод!

Ты и я задумали застроить наш мир…
Но когда труд был закончен,
Я вошел, захлопнул двери
И оставил тебя за порогом.