Каждое чувство концентрируется в фокусе наблюдения и переживания так остро, что даже радость превращается в источник боли. Дикинсон любит предощущение, «момент предисловия». Высший момент подъема — это одновременно и момент спада.
Вот почему в театре ее души иногда центральные роли играют Возможность, Невероятное, Недостижимое.
Эмили Дикинсон остро ощущала трагизм эпохи и собственного бытия, но у нее было средство защиты: ирония. Она способна смотреть как бы со стороны, с иронией, даже на своего лирического героя — себя самое.
Для ненавистных ей дельцов и политиканов, мещан и филистеров у нее наготове едкий сарказм или своеобразный американский юмор. Сатирические стрелы беспощадно бьют в цель: «Зверинец для меня // Моих соседей круг».
Эмили Дикинсон писала в уединении, но стихи ее не монолог, им свойственны разговорные интонации, словно она обращается к кому-то и ждет ответа. Охотно применяет она и подлинно ораторские приемы, спорит и убеждает.
Нередко стихотворение начинается с чеканного афоризма и далее следует один-два примера, подтверждающие философскую мысль или житейское наблюдение. В немногих строфах рассказана жизнь человека, повесть о чьей-то гибели или небывалой стойкости. Некоторые ее стихотворения, в сущности, трагические новеллы.
Но порой звучит «простая песенка». С высот философских созерцаний Эмили спускается к житейскому, доброму, ведь и она тоже «одна из малых сих». Любовь — движущая сила ее жизни и поэзии. Жизнь уже оправдана, если удастся согреть хоть одну замерзающую малиновку.
Лирика Эмили Дикинсон ныне драгоценное достояние американской и мировой литературы.
Картин первоискатель —
Зоркости урок, —
сказала Дикинсон о подлинном поэте, а тем самым и о себе самой.
В. Маркова
* * *
Утром мягче холодок —
Орех — литая бронза —
Круглее щеки ягоды
И в отъезде роза.
На ветках клена алый шарф —
Каймой на поле брошен.
Чтоб от моды не отстать —
И я надену брошь.
* * *
Сон? В чем его суть?
Трезвый ум не смущен ничуть —
Только глаза сомкнуть.
Сон — это высший сан.
По обе руки — потрясен —
Стоит свидетелей сонм.
Утро? Мудреного нет —
Вот здравомыслов ответ.
Это же просто рассвет.
Аврора должна взойти
К востоку от вечности.
Ликующих флагов полет —
Праздничный пурпур высот —
Так — Утро встает!
* * *
Вот все — что я тебе принесла!
Это — и сердце мое.
Это — и сердце мое — все поля —
Летних лугов разлет.
А если хочешь сумму узнать —
Пересчитай подряд
Это — и сердце мое — всех Пчел —
Что в Клевере гудят.
* * *
Я ограбила Лес —
Простодушный Лес.
С доверчивых ветвей
Сокровища их срывала
По прихоти своей.
Там высмотрю мох —
Здесь колючий каштан —
Схвачу — унесу домой.
Что скажут мне строгие Сосны?
Что скажет Дуб вековой?
* * *
День! Здравствуй — День очередной!
Означь свой малый срок.
Случайный выстрел иногда —
К виктории пролог!
Пошел вперед простой солдат —
И крепость в прах легла.
Скрепись — душа! Быть может — бой
Решит твоя стрела!
* * *
Сердце! Забудем оба —
Был он — или нет!
Ты позабудешь его тепло —
Я позабуду свет.
Кончишь работу — скажи —
Я начну в свой черед.
Скорей! Минуту промедлишь —
Память о нем всплывет.
* * *
Я все потеряла дважды.
С землей — короткий расчет.
Дважды я подаянья просила
У господних ворот.
Дважды ангелы с неба
Возместили потерю мою.
Взломщик! Банкир! Отец мой!
Снова я нищей стою.
* * *
Пусть я умру —
Ты будешь жить —
И суждено опять
Заре — блеснуть,
Полудню — жечь,
И времени — журчать.
И будут пчелы черпать сок —
Не стихнет стая птиц.
Могу я смело взять расчет —
Курс акций устоит.
В кругу цветов — в молчанье трав —
Спокойно встречу смерть я —
Ведь проторей не понесут
Биржа и коммерция.
Душа — прощаясь — не взгрустнет —
Приятной сцене рада —
Какие прыткие дельцы
Здесь во главе парада!
* * *
Чтоб свято чтить обычные дни —
Надо лишь помнить:
От вас — от меня —
Могут взять они — малость —
Дар бытия.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу