Генрик Ибсен - Драмы. Стихотворения

Доктор Хэрдалвыглядывает из дверей.

Доктор.Скоро он придет?

Фру Сольнес.Думаю, что скоро. Во всяком случае, за ним пошли.

Доктор (выходя на веранду). Но вам, пожалуй, надо пойти в комнаты…

Фру Сольнес.Ах, нет, нет. Я дождусь здесь Халвара.

Доктор.Да ведь к вам пришли какие-то дамы.

Фру Сольнес.О, господи, боже мой! Как раз теперь!

Доктор.И говорят, что непременно желают видеть торжество.

Фру Сольнес.Да, да; значит, придется все-таки принять их. Это ведь мой долг.

Хильда.А нельзя ли попросить этих дам уйти?

Фру Сольнес.Нет, этого никак нельзя. Раз они пришли, мой долг принять их. Но вы останьтесь здесь… и побудьте с ним, когда он придет…

Доктор.Постарайтесь задержать его разговором возможно дольше…

Фру Сольнес.Да, пожалуйста, дорогая фрёкен Вангель. И не отпускайте его от себя ни на шаг.

Хильда.Не вернее ли было бы вам самой?..

Фру Сольнес.Ах, господи… Конечно, это был бы мой долг. Но когда долг тянет в разные стороны, то…

Доктор (смотрит направо). Он идет сюда!

Фру Сольнес.И подумайте — я должна уйти!

Доктор (Хильде). Не говорите ему, что я здесь.

Хильда.Да нет! Найду, о чем другом поболтать со строителем.

Фру Сольнес.И не отпускайте его от себя ни на шаг. Вы , верно, лучше всех сумеете это. (Уходит в дом. Доктор за ней.)

Хильда стоит на веранде, Сольнесподнимается из сада.

Сольнес.Кто-то хотел видеть меня, мне сказали.

Хильда.Да-a. Это я, строитель!

Сольнес.А, вы, Хильда! Я боялся, что это Алина с доктором.

Хильда.Да, вы довольно боязливы!

Сольнес.Вы думаете?

Хильда.Говорят, что вы боитесь лазить… ну, вверх по лесам!

Сольнес.Ну, это дело особого рода.

Хильда.Значит, вы боитесь?

Сольнес.Да, боюсь.

Хильда.Боитесь, что упадете и убьетесь до смерти?

Сольнес.Нет, не этого, Хильда.

Хильда.Чего же?

Сольнес.Я боюсь возмездия, Хильда.

Хильда.Возмездия? (Качает головой.) Не понимаю.

Сольнес.Присядьте. Я расскажу вам кое-что.

Хильда.Да, да, расскажите! Сейчас же! (Садится на табурет возле перил и напряженно смотрит на Сольнеса.)

Сольнес (бросая шляпу на стол). Вы ведь знаете… я начал с церквей.

Хильда.Знаю, знаю.

Сольнес.Я, видите ли, вышел из набожной крестьянской семьи. И мне казалось, что нельзя сделать более достойного выбора, чем церковное строительство.

Хильда.Да, да.

Сольнес.И, смею сказать, я строил эти маленькие бедные церкви с таким глубоким, искренним благоговением, что… что…

Хильда.Что?.. Ну?

Сольнес.Что, казалось, ему бы следовало быть довольным мною.

Хильда. Ему? Кому это — ему?

Сольнес.Тому, для кого они строились, конечно! Во чью славу и честь воздвигаются церкви.

Хильда.Понимаю! А вы разве уверены, что он не был… доволен вами?

Сольнес (с горькой усмешкой). Доволен мною! Как вы можете говорить так, Хильда? Раз он позволил троллю во мне распоряжаться по-своему… Повелел являться ко мне по первому моему зову… и днем и ночью… и служить мне… всем этим… этим…

Хильда.Бесам?

Сольнес.Да, и светлым, и черным… Нет, мне пришлось убедиться, что он не был доволен мною. (Таинственно.) Иначе он не дал бы старому дому сгореть.

Хильда.Нет?

Сольнес.Да разве вы не понимаете? Он хотел, чтобы я стал настоящим мастером в своей области… и строил для него самые величественные храмы. Сначала я не понимал, чего именно он хотел от меня, но потом… это вдруг стало мне ясно.

Хильда.Когда это было?

Сольнес.Когда я строил церковную башню у вас в Люсангере.

Хильда.Так я и думала.

Сольнес.Там, видите ли, Хильда, в этом чужом городе я все ходил, ходил, и думал, и размышлял про себя. И все вдруг стало ясно, для чего он взял у меня моих малюток. Для того, чтобы мне не к чему было прилепиться душой. Чтобы я не знал ни любви, ни счастья… понимаете. Чтобы я был только строителем. И ничем больше. Всю свою жизнь я должен был посвятить строительству для него! (Со смехом.) Да не тут-то было!