Л Викторова - Монголы

Так постепенно складывается понятие о двойном родстве, закрепленное в монгольских терминах родства (родство по матери и родство по отцу), причем родство по отцу постепенно выходит на передний план.

На родство по отцовской линии распространяются старые экзогамные нормы. Запрещаются браки с родственниками по отцовской линии. Род и община становятся постепенно патри-линейными, а на смену тотемическому материнскому роду приходит генеалогический отцовский род. Постоянное ядро общины составляет группа родственников разных поколений, принадлежащих к одному отцовскому роду, и их жены из чужих родов, а временными членами общин становятся девушки до вы-

хода замуж и их женихи, которые живут в семье невесты, соблюдая обычай «отработки» за невесту (2—3 года).

Все мужчины в такой общине с детства готовятся стать воинами и по достижении определенного возраста становятся ими. Перекочевки общины со скотом обставляются как походы: вооруженные луками и .стрелами всадники охраняют людей, скот и имущество. Коллективные облавные охоты являются в-первую очередь военной тренировкой, обязанности во время охоты строго распределены. Вся община спаяна жесткой дисциплиной, беспрекословным подчинением старшему, ведущему облаву.

Все эти явления, сопутствовавшие перестройке общественной; организации у народов, генетически связанных с монголами, неоднократно описывались различными источниками и бытовали вплоть до конца I тысячелетия и. э., а отдельные феномены прослеживались и позднее [Владимирцов, 1934, гл. 1].

Реконструкция процесса косвенно подтверждается и археологическими памятниками на территории Монголии, Тувы и Забайкалья. Особый интерес в этом отношении имеют так называемые оленные камни. Оленные камни — каменные стелы высотой 2—5 м, покрытые изображениями бегущих оленей с закинутыми на спину ветвистыми рогами (термин «оленный камень» распространяют и на стелы того же типа, но с изображениями рыб, птиц, кабанов, антилоп, лошадей и других животных). Оленный камень, по мнению исследователей, это крайне схематизированная фигура воина '[Диков, 1958; Ларичев, 1968; Нов-городова, 1973; Членова, 1962] 2. Верхняя часть напоминает голову человека, хотя черт лица на ней нет. На средней ее части выбиты силуэты оружия: лук, стрелы, налучье, колчан, меч, чекан, т. е. оружие, которое носят на поясе. В. Е. Ларичев предполагает, что изображения животных на стеле —это аппликация на одежде или татуировка на теле война-вождя [Ларичев, 1968, с. 217—218]. Подобная татуировка обнаружена С. И. Руденко на теле вождя из погребения в Пазырыке на Алтае [Руденко, 1953].

Татуировка на теле или вышивка на одежде, изображающие различных животных, указывали на принадлежность к роду и определяли социальный статус. Изображение не одного, а нескольких животных было указанием на родственные связи с другими родами. Если эти роды были древними и могущественными, связи с ними повышали родовитость погребенного. Похороны таких знатных воинов-вождей обставлялись пышным ритуалом. Над их-то могилой и сооружали заметные издали погребальные комплексы, используя обычно камень как более долговечный материал. Самого такого героя изображали в виде стелы, на которой высекали знаки, соответствовавшие, очевидно, названию рода умершего. Это было подмечено Н. Л. Членовой, которая считает (на наш взгляд, несколько односторонне),

11Ф

8 Зак. 254

что оленные .камни связаны только с проникновением в Центральную Азию скифо-сакских племен, само название которых было тотемом и значило «олень» [Абаев, 1956; Членова, 1962] 3.

Рис. 20. «Дзеренный» камень плиточной могилы из Восточной Монголии (Сэргэлэн-сумун)

В Туве, Забайкалье, различных районах Монголии встречаются разные изображения на оленных камнях. Очевидно, ареалы распространения стел — статуй воинов, вож-дей-героев с определенным типом изображений — символов рода — указывают на реальную территорию обитания родов и племен, к которым принадлежали умершие герои. В более позднее время стела изображала самого героя, рисунок на ней символизировал личное имя или героическое прозвище этого героя-предка, которому посвящалась стела и духу которого приносили жертвы. Наиболее древними в Восточной Монголии, как установил Д. Наваан [Наваан, 1975], являются камни с изображениями дзеренов, которые исследователь предлагает называть «дзеренными» камнями (рис. 20).