В это время начинается и славная летопись военных походов, совершавшихся украинскими казаками под руководством Мазепы. Составляя подробную инструкцию Новицкому о первых со времен Крымских походов В. В. Голицына военных действиях против татар, Иван Степанович с редким для его скрытной и сдержанной натуры восторгом и увлечением писал: «Давно наше гетманское было намерение ординовати войска под Кизикирмен… и теперь горит о том сердце наше» [298] АЗР. Т. V. № 205. С. 233–235.
. Мазепа и раньше имел план нападения на эту крепость, но тогда на него обрушился гнев князя за самовольство. У гетмана, хорошо знавшего расположение Кизикирмена, было два предложения: или напасть днем, когда погонщики возвращаются в город, — чтобы отбить стада, или ночью — тогда можно было бы пробраться к самой крепости и сжечь палисады. Лично он склонялся ко второму варианту, но предупреждал, что запорожцы, у которых продолжало действовать перемирие с Крымом, могли предупредить татар об этих планах. Поэтому следовало идти в поход тихо, никому ни о чем не говоря, и такими тайными тропами, чтобы ни запорожцы, ни татары не могли их увидеть [299] Там же. № 205. С. 333–335.
.
Мазепа строго контролировал действия Новицкого, несмотря на то, что тот был опытным и испытанным командиром. Видимо, этому первому походу придавалось особое значение, он обязательно должен был быть победоносным. Когда Новицкий решил разбить свой отряд, оставив две тысячи в таборе, две послав на Кизикирмен и две для отгона стад, Мазепа немедленно его поправил, заявив, что основные силы должны быть брошены на город. Он пояснял, что большого отряда для отгона стад не требуется, ибо с ними не бывает сильной охраны, и наоборот, подвижный маленький загон гораздо успешнее справится с таким заданием [300] Там же. № 207. С. 237.
.
В поход Мазепа отправил отборные силы — казаков компанейских полков Новицкого, Пашковского, Кузьмовича, сердюков Кожуховского, Андреевича, Яворского, а также сотни Лубенского и Переяславского полков. Всего 4 тысячи человек. Каждый полк имел с собой по два орудия и месячный запас продовольствия. Под Чигирином отряд объединился с Палеем [301] Там же. № 210. С. 239.
.
Поход начался 22 июля 1690 года, и только спустя неделю Мазепа написал запорожцам. Он предлагал поддержать кампанию «из своего коша», то есть из-за Запорожской Сечи, откуда столько веков совершались славные погромы неверных. Или, по крайней мере, выражал надежду, что среди них не найдется такого, кто даст знать о планах похода неприятелю [302] Листи І. Мазепи. Т. I. № 194. С. 414–415.
.
Обращение Мазепы возымело действие. Скорее всего, сказалась страсть запорожцев к авантюрам и наживе. В своем письме кошевой атаман Иван Гусак откровенно выставил в качестве условия разрыва своего союза с Крымом предоставление запорожцам материального «пособия» [303] РГАДА. Малороссийские дела. Оп. 3. № 646.
. В результате, поддерживая поход на Кизикирмен, запорожцы напали в низовьях Днепра на татарские суда, захватив пленных и татарскую казну, предназначавшуюся для гарнизонов.
Все приготовления увенчались успехом. 16 августа отряд Новицкого вернулся с богатой добычей, уничтожив городской посад и захватив пленных. Все участники похода получили от царя денежное вознаграждение и награды. Авторитет Мазепы в глазах Петра в очень сложный для него период сильно возрос. Начало блестящим победам на азовском направлении было положено, что одновременно становилось предвестником окончательного поражения оппозиции гетмана.
Глава 7
Мазепа и «народные герои» — Палей и Петрик
Начиная активные военные действия на крымском направлении, Мазепа сталкивался с необходимостью искать компромисс с Запорожьем. В конечном счете от того, какую позицию займут «вольные рыцари», во многом зависел успех или неуспех всей будущей кампании. Как уже многократно подчеркивалось, Мазепа запорожцев, мягко выражаясь, не любил. В начале 90-х годов от него потребовалось все мастерство дипломата и политика, чтобы добиться нужных ему отношений. Тем более что поляки и внутренняя оппозиция, прекрасно зная о конфликтах гетмана с Запорожьем, тоже стремились разыграть эту карту во вред ему.
В начале петровского периода гетманства Мазепы отношения с запорожцами определялись двумя фактами: заключенным ими перемирием с Крымом и их переговорами с польским королем. Весной 1690 года Петр предложил гетману направить на Запорожье двух «разумных людей», чтобы предложить им деньги и уговорить разорвать перемирие. Иван Степанович послал своего доверенного батуринского казака Сидора Горбаченко. Запорожцы в разговоре туманно обещали перемирие разорвать, но настаивали на выплате денег, борошного и на разрешении украинским купцам ездить с товарами в кош (то есть на снятии экономической блокады Запорожья) [304] Листи І. Мазепи. Т. I. № 184. С. 398.
. В июне Мазепа отправляет им деньги и борошно. Посланцев его в кош не пустили, а обмен произвели у могилы Ивана Сирко, ссылаясь на моровое поветрие. Обозленный таким «гостеприимством», гетман приказал, чтобы «живого духа» через Днепр не пропускали, поставив заставы и караулы [305] Там же. № 188. С. 406.
.
Читать дальше