Станислав Лем - Диалоги

34. Если, несмотря на это, мы неустанно повторяем, что уже настало или по крайней мере уже настает время начать мероприятия по социоэволюционному моделированию, где ведущую роль будут играть технологии, что даст возможность – например, с помощью цифровых или аналоговых машин – воссоздать в ускоренном темпе общественные процессы – то это потому только, что без этих попыток, где успех будет только частичный и не в нашем еще, вероятно, столетии, само техноэволюционное ускорение сделает планетарное равновесие еще более неустойчивым, чем сегодня, и исследования могут оказаться необходимыми тогда, когда уже будет поздно. Все представленные здесь аналогии, эти варианты «физикализации» темы следует рассматривать как крайне примитивные, но в то же время невозможно совершать открытия или иметь реальные достижения там, где не только отсутствует методологическая согласованность, но нет даже и соответственно подготовленных специалистов или оперативных групп. Следует отметить, что если бы не та масштабная мобилизация умов и ресурсов, которая была вызвана военным положением, проблема получения атомной энергии была бы, может, и до сегодняшнего дня не решена. Так вот такая, а то и большая концентрация усилий необходима и для нашей темы. Хотя это и представляется утопией, я могу только повторить некогда уже сформулированное: «Нет еще социологов, которые бы вслед за физиками требовали миллиарды на машины „для моделирования общественных процессов“, что уж говорить об этологах, которые сегодня, как тростник Паскаля, трепещут на всемирном ветру. Но надо верить, что эта ситуация когда-нибудь изменится в корне».

1. Здесь было выражено убеждение, что явления, охватывающие влияние не относящихся к этике факторов, вроде технологии, на формирование и функционирование этических систем, а также влияние обратных связей этического на то, что рассматривается вне этики, можно исследовать опытным путем, подробным образом, и что результаты подобных исследований, подкрепленные моделированием этих явлений в субстрате, отделенном от общества и человеческих отношений (например, в цифровых машинах), могут обнаружить существенные директивы для инструментального продвижения к созданию «идеальной общественной структуры».

2. Представленное в деталях мнение рассматривает этические явления как своеобразный результат усреднения и упрочения в общественной среде значительного количества элементарных (скрытых) актов индивидуального поведения, которые формируют, с одной стороны, общепринятые, свойственные данной культуре морально-этические нормы, с другой же – представляющие собой как бы идеализацию этих норм – обобщения аксиоматического характера, то есть, таким образом, что-то вроде императивно-аксиологического образца. При этом в качестве одного из существенных параметров культуры можно рассматривать степень расхождения в ней поведения реального и этого идеального образца, степень, возможную для изучения тоже только в виде некоего массово-статистического разброса.

3. Индивидуально-психологический аспект (переживательный) этического поведения здесь принципиально не рассматривается по причине того, что замена этой формы описания «офизиченной» формой представляется – за исключением ряда исключительных ситуаций – серьезным упрощением предположительного будущего моделирования явлений. Однако это не тождественно признанию, что эти нерассмотренные явления не были бы в своем роде «важны»; мы выбрали подобный способ, соотносясь, к примеру, с медициной, которая, представляя больных индивидуумов, минимум места посвящает страданиям (подразумеваемым интроспективно), вызванным болезнями, хотя в принципе вся она нацелена именно на облегчение этих страданий.

4. Согласно представленной гипотезе, то, что «этично», является частью направляющей характеристики группового поведения, включающей наиболее вероятную реализацию приемов этого поведения в соответствующих ситуациях; частью, которая – вместе со всем объемом группового программирования поведения – может быть признана равнодействующей по крайней мере трех процессов последовательности, участвующих в закреплении этого поведения, а именно: явлений случайных (как, например, климатическая флуктуация среды), марковских процессов (закрепляющих результаты случайного отклонения от исходного состояния положительной обратной связью) и кумулятивных (например, техноэволюционных). Эти процессы создают определенную внутрикультурную модель «человеческой природы», а также устанавливают некоторые образом примыкающую к этой модели систему норм и этических оценок, которая для участников соответствующей культуры не обладает характером своего рода скопления обыкновенных вероятностных предпочтений, а насыщена символическими значениями.