Джаред Даймонд - Коллапс

Термин «мальтузианский кризис» сам по себе беспристрастен, безлик и абстрактен. По двум этим словам невозможно представить страшные, жестокие, леденящие кровь подробности того, что творилось в Руанде. Предоставим заключительное слово наблюдателю и одному из выживших. Наблюдатель, уже знакомый нам Жерар Прюньер, говорит: «Все люди, которые были убиты, владели землей и в то же время крупным рогатым скотом. И все это должно было кому-то достаться после смерти владельцев. В бедной и перенаселенной стране это являлось серьезной причиной».

Выживший — учитель, этнический тутси, из числа тех, с кем беседовал Прюньер. Он спасся только потому, что не был дома, когда пришли злодеи, убившие его жену и четверых детей (только пятый остался в живых). Вот его слова: «Люди, чьи дети вынуждены были ходить в школу босиком, убивали тех, кто мог купить своим детям обувь».

Для любого, кто интересуется современными мировыми проблемами, волнующим вопросом для изучения будет граница длиной в 120 миль между Доминиканской Республикой и Гаити, двумя странами, разделившими между собой Эспаньолу, один из островов в Карибском море, который расположен к юго-востоку от Флориды (см. карту 8). С самолета, летящего высоко в небе, эта граница выглядит как четкая линия с изгибами, будто произвольно прорезанная ножом поперек острова. Граница внезапно отделяет темно-зеленый ландшафт к востоку от линии (со стороны Гаити) от тускло-коричневого к западу от нее (со стороны Доминиканской Республики). На земле же почти по всей протяженности границы, встав лицом к востоку, можно заглянуть в сосновый лес, а если затем повернуться и встать лицом к западу, можно увидеть только большие пространства почти без деревьев.

Этот заметный контраст на границе служит примером различий между двумя странами в целом. Изначально обе части острова были густо покрыты лесом: первые европейские путешественники отмечали изобилие лесов Эспаньолы и многообразие деревьев ценных пород как наиболее поразительную особенность этого острова. Обе страны практически лишились лесного покрова, но Гаити потеряла гораздо больше лесов (см. илл. 23, 24). Кстати, теперь на Гаити сохраняются только семь протяженных лесных зон, всего две из которых имеют статус национальных парков, причем обе являются объектами незаконных лесозаготовок. В настоящее время 28 процентов территории Доминиканской Республики все еще покрыто лесами, на Гаити же — только 1 процент территории. Я был поражен величиной лесных участков, особенно в самых богатых сельскохозяйственных районах Доминиканской Республики, расположенных между двумя крупнейшими городами — Санто-Доминго и Сантьяго. На Гаити и в Доминиканской Республике, как и в остальном мире, по причине массовой вырубки налицо потеря строевого леса и других лесоматериалов, почвенная эрозия, утрата плодородности почв, наносы ила в реках, потеря защиты водоразделов и, как следствие, возможной гидроэлектрической энергии и уменьшение количества осадков. Все эти проблемы в основном касаются Гаити, где самой актуальной из всех упомянутых является проблема потери древесины, используемой для производства древесного угля, основного топлива для приготовления пищи в этой стране.

Разница между лесными ресурсами двух стран повлияла на различия в их экономике. И Гаити, и Доминиканская Республика относятся к бедным странам и испытывают обычные затруднения, характерные для большинства других тропических стран, бывших европейских колоний: слабые коррумпированные правительства, серьезные проблемы в здравоохранении, производительность сельского хозяйства в этих странах ниже, чем в зонах умеренного климата. Тем не менее проблемы Гаити намного серьезнее, чем проблемы Доминиканской Республики. Гаити является самой бедной страной Нового Света и одной из беднейших в мире, за исключением Африки. Неизменно коррумпированное правительство предоставляет минимальные коммунальные услуги; большинство населения постоянно или периодически живет без электричества, воды, канализации, медицинской помощи, школьного образования. Гаити принадлежит к самым перенаселенным странам Нового Света, она гораздо перенаселеннее, чем Доминиканская Республика, поскольку на всего одной трети острова Эспаньола, которую занимает Гаити, проживают приблизительно две трети населения острова в целом (около 10 миллионов человек), и средняя плотность населения Гаити достигает 1 000 человек на квадратную милю. Большинство населения живет натуральным хозяйством. Рыночная экономика ограниченна и заключается в основном в производстве кофе и сахара на экспорт. Рыночные отношения сосредоточены в свободных торговых зонах, где всего 20 000 человек работают за низкое жалование, производя одежду и некоторые другие товары для экспорта, в нескольких развлекательных анклавах на побережье, где иностранные туристы могут отдохнуть и забыть о проблемах Гаити, и в масштабной, не поддающейся подсчетам торговле наркотиками, которые перевозят из Колумбии в США. (Вот почему о Гаити иногда говорят как о «наркогосударстве».) Налицо крайняя поляризация между большинством, состоящим из бедняков в сельскохозяйственных районах или в трущобах столицы Гаити, города Порт-о-Пренс, и крошечной прослойкой богатой элиты, которая проживает в прохладных горных предместьях Петионвилля в получасе езды от центра Порт-о-Пренса и наслаждается дорогими французскими ресторанами с отличными винами. Темпы роста населения Гаити, а также скорость распространения СПИДа, туберкулеза и малярии являются одними из самых высоких в Новом Свете. Все приезжающие на Гаити задаются вопросом, есть ли для этой страны какая-нибудь надежда, и обычный ответ — «нет».