Вторжение кочевников

У меня сложилось впечатление, что воины, дежурившие на заставе, готовятся в ближайшее время покинуть свой пост и ретироваться в Каменец. Мы выехали из почти пустого, если не считать дозорных и патрульных, посёлка. От него дорога шла на юг через поле, а затем скрывалась в лесу.

Как только мы приблизились к лесу, Дед схватил мою Травку за уздечку и потащил её в сторону, мы съехали с утоптанного Турского тракта.

– Эй, Дед! Ты чего это? – возмутился я, но он даже не обратил на мой окрик внимание.

– Тише! – шикнул на меня телохранитель.

Мы углубились в лес, оказавшись в стороне от южного тракта. В лесу Дед остановил лошадей и, наконец, отреагировал на мои вопросы.

– Послушай, мастер Игорь! Ты в своём деле разбираешься, а я в своём! Там у опушки следы интересные были. – он грустно вздохнул. – Видал я такие следы, когда с караванами в степь ходил. Не наши на копытах подковы стоят!

– Как ты определил? – я встревожился, но всё ещё сомневался в необходимости покинуть тракт.

– Там на подковах по семь гвоздей и размером они меньше наших будут!

– Мало ли какие у кого подковы! – возразил я, самодеятельность моего охранника мешала достижению моей цели.

– Такие подковы у врага в ходу. У них и лошади поменьше. Я чую врага, и он тут, в этом лесу!

Он стал всматриваться в просветы между деревьями.

– Ты уверен?

– Да! – он с сомнением посмотрел на меня. – Ты всё ещё хочешь идти на юг?

– Да, Дед! Теперь я тем более должен идти на юг, ведь где-то там моя женщина и сын. А если там есть враги, то она в большой опасности!

Дед поджал губы и кивнул:

– Хорошо. Мы пойдём дальше, но тебе придётся одеть полный доспех, – он внимательно следил за мной строгим взглядом, с этим ветераном спорить не хотелось. Убедившись в том, что я готов следовать его мудрым советам, он добавил, – и готовься идти через лес пешком, надо будет продвигаться вперёд очень осторожно!

Я кивнул, вытянул из сумки у седла своё обмундирование, одел на себя доспех, Дед проверил надёжность креплений, а затем мы отправились в путь между кустов и деревьев. Дед пешком впереди, а я с лошадьми в поводу на расстоянии сотни шагов позади. Через полверсты мы приблизились к дороге, и тут обнаружился труп какого-то крестьянина. В его спине торчала стрела. Я помнил такие стрелы по прошлогодним боевым действиям. Дед приложил палец к губам и указал рукой в ту сторону, откуда мы пришли. Мы опять углубились в лес, он привязал лошадей к дереву в лощине, насыпал им корма и поманил меня за собой.

Мы вернулись к тракту, осторожно прошли примерно двести шагов вдоль дороги. Дед первым заметил движение впереди. Это были вражеские всадники, и их было очень много. Враги суетились на лесной дороге.

Издалека мы не могли разобрать детали их задержки на дороге. Затем большая часть всадников числом в три десятка отправились дальше по дороге в сторону Каменца. Трое всадников, оставив своих лошадей в стороне, пешим порядком мародёрствовали у какой-то телеги. Мы подкрались поближе. Стали заметны другие телеги, брошенные на дороге без лошадей, к моему ужасу обнаружились также убитые крестьяне, которые лежали повсюду в лужах собственной крови. Дед снял со спины арбалет.

Я был вне себя от ярости и тревоги за Олесю с сыном, поэтому свой арбалет не прихватил, так и оставил его притороченным к седлу. Дед жестами предложил подобраться ближе к тракту. Тем временем враги переходили от одного тела к другому, мародёрствовали, изредка перекрикиваясь, если находили что-то ценное и хотели похвастаться своей добычей.

Чем ближе мы подкрадывались, тем больше деталей могли рассмотреть. Кочевники устроили тут настоящую бойню. Мы шли по их следам. Становилось очевидным, как всё произошло. Обоз из крестьянских телег вошёл в лес, успел проехать несколько вёрст, и тут из леса на них налетели враги. Крестьянам некуда было бежать, нечем было отбиваться. Большинство крестьян, не взирая на их пол и возраст, были убиты прямо на дороге, некоторые пытались сбежать, но всадники настигали их и на обочине, и в лесу.

– Суки! – процедил Дед сквозь зубы.

«Выходит даже по местным меркам это слишком жестоко!» – подумал я.

Внезапно, под моей ногой сломалась сухая веточка. Зря я отвлёкся и задумался, а в присутствии врага следовало быть максимально собранным. Дед тут же вскинул арбалет и прицелился, а враги развернули в нашу сторону головы. Один из них указал на нас пальцем и что-то закричал. Рядом щёлкнуло, в грудь зоркого мародёра тут же вошёл арбалетный болт. Двое других сразу же метнулись в укрытие.