Вторжение кочевников

За это время мы постоянно получали известия от Захара. Наш торговый представитель сумел грамотно распорядиться выделенными ему деньгами и сейчас сообщал, что первый этап нашего плана выполнен успешно и полностью. Вместе с тем, наш главный купец присылал грамоты, которые закрепляли за мной право на те или иные участки, торговые лавки или склады, приобретённые за мои деньги.

Основанный нами торговый дом «Игва» считался самым модным среди всех купеческих домов Кварта и Междуречья. Он быстро набирал популярность за счёт товаров нашего производства. В основном, это были амбарные и врезные замки повышенной сложности и небольших размеров.

По-прежнему пользовались спросом наши пиломатериалы из разных древесных пород.

Мой товарищ вместе с Павлом, Григорием, Всеволодом и прочими, несмотря на мои протесты, всё же приставил ко мне двух телохранителей. Столько же я когда-то приставил к самому Василию. Это вмешательство в мою личную жизнь поначалу напрягало меня.

Я пытался сбегать от них, прогонял их, но ничего не помогало. По ночам они отдыхали, а днём, ещё до моего пробуждения появлялись у двери моей комнаты и с того момента не отступали от меня до самой ночи. Если я планировал поездку, то они вдвоём сопровождали меня.

Одного из телохранителей за его большую бороду с проседью все называли Дедом. Это был здоровенный коренастый мужик с клинообразной русой бородой до груди и такими же усами. Опытный ветеран был великаном по местным меркам, хотя немного не дотягивал до моего роста. У него были широкие ноздри и шрам на носу, густые брови и проницательный взгляд. Дед был немногословен, любил зачёсывать свои волосы назад. Светло-русые волосы ветеран перехватывал ремешком, а виски и всё пространство выше ушей сбривал острым ножом.

Он был хладнокровным человеком с голубыми глазами и высоким лбом. От этого воина веяло уверенностью, мощью и силой. При мысли об этом человеке мне в голову приходило только одно слово – нерушимая скала!

Второго телохранителя, который был ещё молодым и неопытным воином, звали Витькой. Он постоянно пытался подшучивать над Дедом, за что вечно огребал по шее. Витька не уступал ему в росте, но при этом был не таким широким в плечах, что пытался компенсировать скоростью и проворством. Это был шатен с вечно бегающими карими глазами и узким прищуром глаз. У него был хищный длинный нос с большими ноздрями и складкой на переносице.

Он не носил бороду, но и бриться не любил тоже. Компромиссное решение этого мужика заключалось в том, чтобы бриться один раз в месяц. В результате Витька успевал отрастить приличную щетину, которую кто-то даже мог бы назвать короткой бородой и усами, а затем тщательно сбривал всю растительность со своего лица.

Ещё жёстче он поступал со своими волосами – как только они отрастали до такой длины, чтобы можно было за них ухватиться рукой, Витька сразу же отрезал их почти под корень. Когда молодой охранник щурился, казалось, что он придумывает очередную шутку или планирует очередную пакость, а если Витька не щурился – жди беды. В остальном это был простой и весёлый молодой воин, умелый и бесстрашный в бою.

В тот день Витька отыскал где-то муравейник, срезал своим мечом его вершину, положил эту шевелящуюся массу в мешок и привёз в посёлок. Отыскал ветерана-напарника, а затем, подкравшись к нему, высыпал всё содержимое мешка Деду в шлем, который тот во время сна обычно откладывал в сторону.

Поскольку Дед прикорнул у столовой, где я завтракал, Витька тихо отошёл подальше, а затем, бахая сапогами, побежал к ветерану по деревянному полу и на ходу закричал:

– Дед! Скорее, враги у посёлка!

Ветеран спросонья схватил шлем и, не глядя, годами отработанным движением, напялил его себе на голову. Муравьи и часть рассыпавшегося муравейника рассыпались по макушке, легко проникли под кольчужный капюшон и оказались в густой Дедовой шевелюре. Ветеран попытался стряхнуть цепких крупных насекомых, но их большая часть успела забраться туда, где Дед их не мог достать, а злые потревоженные муравьи принялась нещадно жалить и кусать. Что тут началось!

Таких криков от Деда мы никогда раньше не слышали, а когда он немного отряхнулся, то гнал хохочущего Витьку до тех пор, пока тот не забрался на сеновал. Однако, суровый, искусанный большими муравьями, ветеран отыскал напарника и там. После непродолжительной борьбы, ветеран свернул парня в бараний рог, попутно набив ему морду, а также окунув его пару раз в бочку с дождевой водой и жабами.