Игрок

- Потом нам придется искать пищу снова.

Я устало потерла виски. Проклятая слабость! Но уж лучше она, чем я поутру обнаружу возле себя медленно остывающие трупы. Памятуя о судьбе кахгара, вполне могу себе предположить, какую бойню способна устроить эта четверка, если по-настоящему вознамерится добывать себе пропитание. Нет уж. Лина им не дам. И Мейра не подставлю. Лучше сама буду их кормить. Или Тварь какую пойду искать по чащобам, приманивая ее обещанием славно пообедать.

Я невольно представила, как стану это делать, и криво улыбнулась. Ну и картинка будет, если я попрусь среди ночи в лес (днем-то Теням, как всякой нежити, наверняка будет некомфортно). Оденусь поприличнее, рубаху расстегну пособлазнительнее, чтобы Твари клюнули наверняка. Кусок мяса с собой возьму... или нет, лучше кровью обмажусь с ног до головы. Говорят, акулы чуют ее на расстоянии в десятки километров. А Твари, если верить Лину, от них недалеко ушли. Так вот: обмажусь я кровушкой какого-нибудь невинно убиенного зверька, возьму факел побольше и пойду бродить по лесу, во весь голос расхваливая себя: а ну, кому мяса? Кому вкусного свежего мяса?..

И вот когда на меня, наконец, кто-нибудь позарится, когда привлеченная моим запахом Тварь все-таки сообразит, что бесплатный ужин был так любезен, что пришел с доставкой к логову (кстати, а есть ли у них логово?), то тогда я истошно заору, призывая прячущиеся в Браслете Тени, и буду очень надеяться на то, что они не запоздают...

Боже, какой бред!

Я попыталась тряхнуть головой, чтобы выкинуть оттуда сюрреалистические картинки, но слегка перестаралась и едва не упала. С трудом удержала равновесие, затем осторожно выпрямилась и лишь тогда увидела, что Тени неуверенно качнулись навстречу. То ли подхватить под белы рученьки, то ли, наоборот, добить, чтобы не мучилась.

- Я в порядке, - прошептала я, чувствуя, как качаются и двоятся в глазах их силуэты. - Сейчас посижу и снова пойду... скажите, на сколько вам этого хватит? День, два, месяц?

Красноглазый странно дернулся.

- Около полудюжины дней.

- Так мало? - я устало прикрыла глаза. - Ладно. Постараюсь что-нибудь для вас придумать. А вы... если вдруг что случится... обращайтесь сразу, понятно? Чтобы мне больше не приходилось ломать голову и в последний момент искать для вас пищу. Потом доберемся до места, верну вас эарам. Но пока... пока вы - исключительно моя головная боль. И именно мне придется отвечать, если вы вдруг испаритесь. Все-таки Браслеты Тени на дороге не валяются. Такие Тени, как вы, наверное, тоже. И если я вас потеряю, эары явно не обрадуются. А то и Браслету велят избавить меня от одной руки. Я же к ней, если честно, привыкла и очень не хотела бы расставаться во цвете лет. Поэтому говорите сразу, будьте так любезны... договорились?

Они странно дернулись уже все вместе, но не ответили. И вот тогда я, заподозрив подвох, из последних сил нахмурилась.

- Не слышу ответа? Так мы договорились или нет?

- Да, - наконец, донеслось до меня слаженное.

- Вот и ладушки... а имена вам все-таки нужны... - меня снова мотнуло. - А то как я вас стану отличать? Решено: сама назову... кстати, у вас какие-то предпочтения есть?

Ошеломленное молчание.

- Нет? Ну и ладно, сами напросились. Значит, так. Вас тут четверо, и все одинаковые. Ну, за исключением цвета глаз. Лиц вы мне своих не кажете, о себе ничего не говорите... короче, ты, "красный", с этого дня будешь Асом. Так у нас зовут летчиков-профессионалов, а твои гляделки мне почему-то напоминают цвет стартовых флажков. Ты, "зеленый", будешь Бером (это у нас медведей в старину называли по-другому). Ты, "синий" - Ваном... в общем-то, почти что Иван или Ванюша - простое русское имя, к которому я всегда была неравнодушна. А ты, "черный", станешь Гором. А, Б, В, Г... по-моему, нормально. Первые буквы алфавита и мои первые щедро подаренные нуждающимся имена. Как считаете, сойдет?

Молчание откровенно затянулось, став каким-то зловещим и прямо-таки ненормально натянутым.

- Значит, сойдет, - с подозрительной бодростью кивнула я и, закатив глаза, тут же провалилась в непроглядную черноту.

Просыпалась поутру с трудом, неохотно и с таким ощущением, что на мне всю ночь воду возили - тело ломило так, как я уже и не помню, чтобы болело. В глазах двоилось, в голове звенело, во рту поселился стойкий соленый привкус, как если бы я во сне прикусила себе язык.

- О-ох, за что ж мне такое наказание? - простонала я, когда почувствовала, что меня настойчиво трясут за плечо. - Отстаньте. Дайте человеку отдохнуть.