Николас Спаркс - Выбор

Он приехал домой потный и грязный и увидел, что Габи плачет за кухонным столом. Прошло несколько минут, прежде чем она смогла рассказать ему всю историю: ей пришлось допоздна задержаться с пациентом, который страдал от аппендицита и ожидал срочной помощи. Когда она закончила, почти весь персонал разошелся. Кроме Эдриана Мелтона. Они остались вдвоем, и Мелтон вышел вместе с ней к машине. Там он положил ей руку на плечо и пообещал непременно известить о состоянии больного. Габи изобразила улыбку, а Мелтон наклонился и поцеловал ее.

Это была неловкая попытка, совсем как у школьника, и Габи отпрянула. Мелтон уставился на нее, явно смущенный. «Я думал, ты не против», – заметил он.

Сидя за столом, Габи вздрогнула.

– Он сказал это так, как будто я спровоцировала…

– Такое уже случалось?

– Нет. Но…

Когда она замолчала, Тревис взял ее за руку.

– Ну же, – подбодрил он. – Это я. Давай поговорим.

Не отрывая взгляда от стола, Габи спокойным голосом пересказала ему историю домогательств Мелтона. Когда она закончила, то напряглась, с трудом сдерживая гнев.

– Я все улажу, – сказал Тревис, не дожидаясь ответа.

Он сделал два звонка и узнал, где живет Эдриан Мелтон. Через несколько минут машина Тревиса остановилась перед домом. Он не снимал пальца с кнопки звонка, и доктор Мелтон сам открыл дверь. Не успел тот выразить удивление, как кулак Тревиса врезался ему в челюсть. Какая-то женщина – видимо, жена – выглянула в коридор в ту самую секунду, когда Мелтон грохнулся на пол, и ее вопли эхом разлетелись по дому.

Приехала полиция, и Тревиса впервые в жизни арестовали. Его отправили в участок, и большинство полицейских были с ним недоумевающе вежливы. Все они привозили в клинику своих питомцев и весьма скептически отнеслись к словам миссис Мелтон о том, что какой-то псих напал на ее мужа.

Когда Тревис позвонил сестре, та скорее встревожилась, нежели удивилась. Она обнаружила брата в одиночной камере, погруженного в разговор с шерифом. Выяснилось, что речь идет о шерифовом коте: у бедняги появилась какая-то сыпь, и он не переставая чесался.

– Черт возьми, – сказала Стефани.

– Что?

– Я-то думала, что приеду и увижу тебя в полосатой робе!

– Прости, если разочаровал.

– Может, это всего лишь вопрос времени? Как полагаете, шериф?

Шериф не знал, что и сказать. Он оставил брата с сестрой наедине.

– Спасибо за поддержку, – съязвил Тревис. – Возможно, он пошел обдумывать твое предложение.

– Не огрызайся. Между прочим, не я набила морду доктору Мелтону.

– Он это заслужил.

– Не сомневаюсь.

Тревис улыбнулся:

– Спасибо, что приехала.

– Я бы в жизни такое не пропустила, братец. Отныне буду называть тебя Рокки.

– Чем придумывать прозвища, лучше постарайся вытащить меня отсюда.

– Придумывать прозвища веселее.

– Наверное, надо было позвонить отцу.

– Но ты позвонил мне. И поверь, сделал правильный выбор. Я пойду поговорю с шерифом.

Пока Стефани улаживала проблемы, Тревиса навестил Эдриан Мелтон. Он не был знаком с местным ветеринаром и потребовал ответа: с какой стати Тревис набросился на него? Хотя Габи так никогда и не узнала, о чем между ними шла речь, Эдриан Мелтон поспешно забрал заявление, невзирая на протесты со стороны супруги. Через несколько дней дошли слухи, что Мелтоны посещают психолога. Так или иначе, в клинике Габи по-прежнему было неловко, а затем доктор Фурман вызвал девушку в кабинет и намекнул, что ей стоит поискать другое место работы.

– Я понимаю, что это нечестно по отношению к вам, – сказал он. – Если вы останетесь, мы как-нибудь попробуем все уладить. Но мне шестьдесят четыре, и через год я ухожу на пенсию. Мое место займет доктор Мелтон, и я сомневаюсь, что он захочет видеть вас в числе сотрудников. Ну или что вы захотите работать под его началом. Думаю, проще будет, если вы спокойно переберетесь туда, где вам будет комфортно. Давайте просто забудем об этом ужасном недоразумении. – Он пожал плечами. – Я вовсе не хочу сказать, что оправдываю его поведение. Наоборот. Но пусть доктор Мелтон и придурок, он – лучший педиатр из тех, кого я знаю. И вдобавок единственный, кто согласился работать в провинции. Если вы уволитесь по собственному желанию, я дам вам великолепную рекомендацию, с которой вы найдете работу где угодно. Не сомневаюсь.

Габи запросто раскусила эти манипуляции; хотя ее душа жаждала возмездия (как и у всякой женщины, пережившей сексуальные домогательства), практическая часть натуры приняла условия. В итоге она устроилась в службу «Скорой помощи» в местной больнице.