На грани

Свон не открывала глаз, но из них всё же потекли соленые капельки. Сердце разрывалось в груди от осознания, что любовь не та, что она не нужна, что это плохо и неправильно, что её никогда не будет по-настоящему в жизни. Душа и сознание разрывались из-за отца. Из-за собственного предательства, из-за собственной глупости и чувств, которые нужно забыть. Так будет правильней.

Реджина быстро выбежала из дома Клэр. Всё, что произошло, её очень подкосило, ведь ночь с Эммой была незабываема и восхитительна. Это пожирало изнутри, а именно, то чувство вины перед Фрэдом. Она любила мужа и никогда не думала, что способна на измену. Женщина поймала такси и направила его в сторону офиса фирмы мужа, где вчера оставила свою машину.

Всю дорогу Миллс трясло. Её не отпускала мысль, что она предательница, поклявшаяся в вечной любви и верности. Когда она встретила Фрэда, она не могла поверить, что такой мужчина с ней и делает её счастливой. Он любит её, ценит, а она... Это было самое болезненное осознание. Хотелось забиться в угол и умереть, чтобы больше никто не нашел. Миллс не знала, что именно такие мысли были у Эммы всего каких-то три месяца назад.

Добравшись всё же до своего автомобиля, Реджина наконец-то дала выход своим эмоциям. Она горько заплакала, кладя руки на руль и утыкаясь в них носом.

Свон простояла возле лифта около получаса. Она не шевелилась, практически не дышала. Она знала, что ей нужен воздух, знала, что нужно время, чтобы всё забыть и идти дальше. Она знала, что это необходимо и правильно. Всё забыть и никому не будет больше больно. В особенности Фрэду. Блондинка не может так поступить с отцом. Это выше её. Через полчаса в квартире напротив открылась дверь, и только тогда Эмма, вздрогнув, покинула лестничную площадку, возвращаясь в квартиру подруги.

Клэр сидела в гостиной и обдумывала произошедшее: она не знала, что делать и как помочь подруге. Когда Эмма вошла, Клэр сразу же повернулась к ней.

- Эми, иди ко мне.

Свон тут же подошла к дивану и устроилась на нем. Она поджала под себя ноги и обняла подругу, утыкаясь носом в неё. Блондинка внутренне дрожала, но не показывала этого внешне.

- Ты моя дурёха, - Клэр понимала, что нотации и ругань сейчас совершенно не помогут, а Эмме нужна поддержка, - она ушла, да?

- Угу... - кивнула головой блондинка и издала немного непонятный звук, но говорящий, что да.

- Понятно, - Клэр гладила Свон по голове, - ты её, правда, любишь?

- Я бы не нарушила твоё условие привода девушек в квартиру, - пошутила блондинка, ведь ей ничего больше не оставалось.

- Да поняла я уже. А как это у вас получилось? Я просто до сих пор осознать не могу, что после всего, что между вами было, ты в неё влюбилась, - Гарнер улыбнулась, - тебе хоть понравилось?!

- Это было незабываемо. Она меня целовала, а я дрожала. От одного её взгляда, от одного лишь прикосновения, - блаженно прикрывая глаза, говорила Свон, - я вчера утром поняла, что влюбилась. Что это по-настоящему, и я хочу быть только с ней. Потом мы поехали в клуб, а потом сюда. Мы включили музыку, выпили по бокалу виски, а потом поцеловались и мир исчез...

- А она какая... ну неопытная?! - Гарнер даже немного покраснела, хоть и широко улыбалась.

- Нет, - Свон улыбнулась, вспоминая все те умелые ласки Миллс, - она знающий человек. У неё уже были девушки, ну или девушка. Она знала, что нужно делать.

- Она сказала или ты почувствовала? - Клэр стало интересно, да ещё и Эмма так блаженно рассказывала.

- Почувствовала, - ответила блондинка, - мы не разговаривали.

- Вообще? А как же вы... ну знали, что делать. Или вы просто трахнулись? - немного грубо высказалась Клэр.

- Вообще, - Свон не стала акцентировать внимание на грубом высказывании подруги, - были только взгляды, ласки, прикосновения. Не нужны были слова. И это был не трах. Это было занятие любовью. По крайней мере, для меня.

- Да уж, для тебя. Вы решили, что будете делать? Ты будешь за неё бороться? - Клэр очень волновал этот вопрос.

- Если бы она не была женой отца, - ответила Эмма. Она не могла переступить дорогу родителю. Она его очень любит и не позволит себе сделать его несчастным, обманутым и преданным собственной дочерью и женой.

- То есть больше между вами ничего не будет. Ты не будешь сходить с ума и уходить в отрыв из-за того, что твоя любимая и желанная женщина не с тобой? Эмма, я поддерживаю полностью твоё решение, но я не хочу, чтобы ты себя гробила, - Гарнер посмотрела в глаза блондинке.

- Я пока не знаю, - честно призналась Свон, так же смотря в глаза лучшей подруги, - но стремления такого нет. Есть только желание забиться в уголок и ничего не чувствовать.