CurvyPragmatist - Reset

— Ой, прошу тебя, — фыркнула Реджина, — у меня бы это заняло целый час.

Эмма улыбнулась, а затем, прихрамывая, подошла ещё ближе к брюнетке.

— Что с твоей ногой? — обеспокоенно спросила Реджина.

— Это всё после физиотерапии, — сказала Эмма, пытаясь поцеловать брюнетку.

— Разве терапия не должна тебе помогать? — спросила Реджина, удерживая Эмму на расстоянии вытянутой руки.

— Ну, я не проделывала парочку упражнений, которые должна выполнять дома, — ответила Эмма, а затем прижалась к губам Реджины, прежде чем у той был бы шанс ответить. Реджина шагнула вперёд, обнимая Эмму за талию и углубляя поцелуй.

Эмма вздрогнула, когда сильная боль пронзила её ногу. Реджина отстранилась, заставив Эмму разочарованно застонать.

— Не уверена, что терапия помогает тебе, — сказала она, глядя на ногу Эммы, — и это не связано с тем, выполняешь ли ты упражнения дома или нет.

— Почему бы тебе не позвонить моему терапевту и не проверить меня? — резко сказала Эмма, посмотрев на Реджину.

— Возможно, стоит сделать это, — ухмыльнулась Реджина, — видно же, что парнишка идиот.

— Ну, в его оправдание, ты пугаешь его, — рассмеялась Эмма.

— Так и должно быть, — сказала Реджина.

— Откуда ты знаешь его? Я имею в виду, в Зачарованном Лесу, — сказала Эмма, — кем он был до того, как стать терапевтом? Не могу просто представить, что у вас было много терапевтов в Зачарованном Лесу.

— Он был браконьером, — ответила Реджина. — Однажды, я поймала его на краже фазанов на моей земле.

— Мой терапевт является бывшим браконьером? — моргала Эмма.

— Ваш Мэр — бывший сверчок, — указала Реджина.

— Да, но он не медицинский работник, который постоянно касается моего тела, — сказала Эмма.

— У браконьеров отличное понимание органов, мышц и хрящей, а это важно для игр, — улыбнулась Реджина.

— Для игр? — возмущалась Эмма, — я что, по-твоему, игрушка?

— Ну, что сказать, я всегда была неравнодушна к жареному лебедю, — Реджина соблазнительно облизала губы.

Эмма притянула к себе брюнетку, ехидно ей улыбнувшись.

— Мааам, — зазвучал голос Генри со второго этажа, и женщины резко отскочили друг от друга — что на ужин?

— Теперь всегда так будет, когда мы захотим побыть наедине? — закатила глаза Эмма.

— Нууу… если ты настоишь на том, чтобы встречаться с матерью-одиночкой, — подмигнула Реджина, а затем ушла в прихожую звать Генри.

— Оу, так мы уже встречаемся, разве не так? — счастливо улыбнулась Эмма.

Эмма не получила ответ на свой вопрос и просто улыбнулась вслед скрывающейся Реджине. Она хотела ещё раз задать этот вопрос, но в то же время она пыталась успокоиться, сделав вид, будто всё нормально. Потому что она была вполне уверена, если ей всё это с Реджиной показалось, что всё это было просто прекрасным сном.

Она мельком взглянула на свою ноющую ногу и предположила: раз она может чувствовать боль, значит, это вовсе не сон. Она счастливо вздохнула, оперевшись о столешницу, и задумалась над тем, почему это перестало её бесить. По некоторым причинам это казалось правильным, хоть логически она понимала, что могла всё испортить, но, тем не менее, она отчаянно хотела рискнуть и посмотреть, куда всё это её приведёт.

Когда её телефон зазвонил, она увидела, что это был Голд.

— Мистер Голд, — ответила она, когда Реджина вошла на кухню.

Услышав имя звонившего, Реджина внимательно посмотрела на Эмму, а затем подошла к холодильнику, вынимая оттуда продукты для ужина.

— Да, конечно, да, я всё понимаю, я уже в пути, — отвечала Эмма.

Повернувшись к Реджине, Эмма оперлась на костыль.

— Произошел взлом в лавке Голда, и ранили Белль, — сказала Эмма Реджине, прежде чем уехать, — я не знаю, когда вернусь.

— Я приготовлю что-то, что бы ты смогла разогреть, когда вернёшься, — ответила Реджина.

Эмма остановилась, а затем обернулась и посмотрела на Реджину, улыбнувшись. Нахмурившись, брюнетка посмотрела на Эмму.

— Что? Что-то не так?

— Нет, — покачала головой Эмма, — всё в порядке. Я позвоню тебе, когда буду возвращаться.

Направляясь к «Жуку», Эмма улыбнулась, думая о том, как всё стало легко и просто с Реджиной за такой короткий промежуток времени. Кто-то готовил ей ужин, который можно было разогреть, когда она вернётся с работы; никакого наезда из-за того, что она должна работать, и не надо больше полагаться только на себя. Вне всяких сомнений, Реджина заботилась и присматривала за ней.