Стелла Грей - 2+2

Я скрипела зубами, и первые несколько раз просто переводила тему, а потом все же рассказала, что сделал мой бывший парень. Без красок и подробностей, объяснила лишь суть.

– Быть не может… – Она некоторое время молчала, а потом заговорила громче, с плохо сдерживаемой злостью: – Ну и бог с ним, с этим дураком! Ты так его идеализировала, а ведь я понимала, что там не все гладко. Слишком хитрые глазки у этого…

– Мам, – остановила я, улыбаясь, – очевидно, что ты сразу раскусила, какой он гад. Но давай просто не будем больше поднимать эту тему? Времени и без того мало, расскажи лучше, как ты?..

В последнюю ночь перед сдачей проектов мы с Даниловым и вовсе не спали, задремав под утро на пару часов. Будильник ворвался в мятежные картинки, сновавшие в моем воспаленном мозгу, заставив вскочить и раненым зверем забегать по гостиной.

– Данилов! Никита… Вставай!

Он кивнул, пробурчал что-то и устроился поудобнее, сползая головой с подлокотника дивана ниже.

Я хотела разбудить его немедленно, но, приблизившись и наклонившись, замерла. Под глазами Никиты залегли темные круги, между бровей появилась вертикальная полоска-морщинка, а руки крепко сжимали бумажку, случайно прихваченную им перед сном. До чего мы себя довели? В особенности он… Когда я засыпала, Никита не будил, стараясь взвалить на себя большую часть работы. Даже мой личный проект помогал делать, набрасывая идеи и поправляя скелет.

Не знаю, что со мной случилось, но в какой-то момент рука сама потянулась вперед и убрала прядь волос с высокого лба, едва-едва тронув кожу. И сердце замерло. Затем, подождав вместе со мной пару секунд, длиной в вечность, тихонько забилось снова, набираясь смелости. Мои пальцы тоже осмелели… Я, почти не касаясь его, провела по виску, к скулам, и уставилась на губы. Красивые, четко очерченные, чуть полноватые.

До боли захотелось почувствовать вновь, каковы они… Нас разделяло совсем небольшое расстояние, а Никита крепко спал и не мог пошутить над моим странным желанием. И я, прикрыв глаза, осторожно, едва дыша, поцеловала его.

Губы встретились с губами лишь на чуть-чуть, а после трусость взяла надо мной верх. Я распахнула глаза, отшатнулась, вздохнула глубоко и сбежала на кухню, чтобы сварить нам обоим крепкий-крепкий кофе.

“Господи! – думала я про себя. – Что я вытворяю?!”

Щеки еще горели, а на губах против воли расцвела улыбка, когда Данилов прошлепал босиком рядышком и хрипло сообщил:

– Пахнет чудесно, я пришел на запах. Угостишь, Никс?

Я кивнула и, старательно не глядя в его сторону, сняла турку с плиты. В квартире была электрическая кофеварка, но мне нравилось действовать по старинке.

Еще какое-то время я стеснялась и чувствовала себя неловко, постоянно ожидая, что вот сейчас Никита начнет шутить по поводу моего утреннего поведения. Но, слава всем святым, он спал! И совсем ничего не мог знать.

Вскоре я перестала бояться смотреть в его глаза, полные искорок-смешинок, и снова смогла говорить о проделанной работе, обсуждая тонкости и нюансы будущей защиты.

К университету мы подъехали даже загодя: Никита договорился о доставке проектора только на день приезда мистера Брауна и сам собрался идти его устанавливать, сказав, что никому не доверит это важное дело. При этом Данилов покосился в сторону, и я заметила Вову с Лариской, сидящих неподалеку от нас.

– Интересно, что их привело так рано? – задумчиво проговорил напарник. Посмотрев на меня в упор, он внезапно попросил: – Никс, не подведи. Никакого доверия и сочувствия, я тебя очень прошу.

– О чем ты? – удивилась я.

– Очевидно же, что они хотят что-нибудь предпринять. – Он снова уставился на неразлучную парочку. – Чтоб им… Просто будь на чеку, хорошо?

– Конечно.

На этот раз и я прониклась серьезностью ситуации. Если наш проект снова пропадет – всему конец.

– Флешка у тебя, – улыбнувшись, сказала Данилову. – Пароли от почты и облака я им не скажу даже под гипнозом.

– Тогда встретимся через сорок минут, – он подмигнул и пошел в нужном направлении.

И тут же рядом оказалась Айвазова.

– Привет, Вероника, – сказала она по-английски. – Вижу, у вас тоже были ночи без сна?

– Что ты имеешь ввиду? – я удобнее расположилась на скамье и ответила ей на том же языке, чем, кажется, сильно удивила.

– Учебу, разумеется, – улыбнулась Лариса. – От занятия любовью такие круги под глазами не появляются, да и волосы так не тускнеют… Это я о том, что была не права. Теперь вижу, что вы с Даниловым и правда всего лишь работаете вместе.