Мэгги Дэвис - Телохранитель

— Мисс Луккезе, Джон Тартл хочет вас видеть. Он просил вас принять его. Ему не очень понравилось, когда я некоторое время тому назад отказалась пустить его к вам. Но я обещала передать вам его просьбу.

— Нет, — пробормотала Франческа.

Глаза ее слипались, и видеть Джона Тартла ей хотелось менее всего.

— Вероятно, он хочет знать, когда я собираюсь выходить из дома, чтобы вовремя подготовить машину. — Она зевнула. — Я никуда не собираюсь выходить сегодня. И не говорите ему ничего больше.

Франческа взяла протянутый ей горничной высокий стакан тонкого стекла с холодным чаем, в котором поверх ледяных кубиков плавал ломтик лимона, и откинулась на подушки.

— И еще звонил мистер Курт. — На суровом лице горничной мелькнуло недовольное выражение. — Он тоже хотел поговорить с вами, мисс Луккезе.

«Да, ему многое надо сказать», — подумала про себя Франческа. Она закрыла глаза, не желая расставаться с приятным сонным оцепенением. Сейчас ей не хотелось никого ни видеть, ни слышать.

— Не знаю, не знаю, — пробормотала Франческа.

Ей не хотелось принимать никаких решений, так легко было просто плыть по течению.

Голос горничной вдруг стал настойчивым:

— Подумайте об этом как следует, мисс Луккезе. Мистер Курт — хороший человек. Вы должны поговорить с ним.

Для Герды Шенер, обычно молчаливой и даже замкнутой, было довольно необычно разговаривать в таком тоне и произносить подобные слова. Полумрак, царивший в комнате, окутывал Франческу, уносил прочь все заботы и проблемы. Она быстро погружалась в блаженное забытье. Горничная взяла из ее ослабевших пальцев стакан с холодным чаем, и Франческа тут же погрузилась в темноту.

Сквозь сон Франческе показалось, что дверь ее комнаты открылась и в спальне раздались крадущиеся шаги. Потом послышались приглушенные голоса, мужской и женский. Франческа напрягла слух и поняла, что разговор идет на незнакомом языке. Женский голос явно принадлежал миссис Шенер, второй, мужской, голос Франческа не сразу узнала — это был Курт Бергстром. Они спорили о чем-то, совсем как тогда, в домике Курта. На этот раз очень тихо, но так же страстно.

Франческа удивилась такому странному сну и погрузилась в глубокое забытье без всяких видений.

Когда она проснулась, к ней уже склонилась миссис Шенер, держа в руках чашку кофе. За окнами царили темнота и черный бархат ночи. Часы на ночном столике показывали четверть одиннадцатого. Франческа приподнялась в кровати, ужаснувшись, что проспала так долго. Она хотела слегка вздремнуть, а проспала почти весь вечер! Голова все еще была тяжелой, но в целом она чувствовала себя гораздо лучше.

Не одеваясь, она присела на край кровати и выпила кофе, крепкий и черный, с каким-то неприятным металлическим привкусом, который в последнее время ощущала во всем, что ела или пила. Но, допив первую и принявшись за протянутую миссис Шенер вторую чашку кофе, она почувствовала, что вновь обретает жизненную силу.

Идя в душ, она еще нетвердо держалась на ногах, а когда вернулась, миссис Шенер уже ждала ее у туалетного столика.

— Что-нибудь запланировано сегодня? — спросила Франческа, садясь на пуфик.

Если ей предстояло отправиться куда-то этим вечером, то она уже успела забыть об этом.

Сильные руки горничной легли ей на шею и принялись массировать.

— Вам надо повидаться с мистером Куртом, — твердо произнесла горничная. — Вы не можете обращаться с ним, как со всеми остальными. В его жилах течет голубая кровь. Он не такой, как все эти… — она поискала подходящее слово, — оборванцы.

Франческа слушала ее вполуха. Руки миссис Шенер разминали теперь мышцы плеч.

Под ее опытными руками кожа порозовела. Лицо Франчески снова обрело живой цвет.

Итак, Курт Бергстром явно нашел в лице Герды Шенер заступника. «Но если они дружны, то почему так резко спорят между собой?» — пришло ей в голову.

Франческа хотела что-то сказать про Курта, но в этот момент горничная заставила ее подняться и подтолкнула к кровати. Не успела Франческа возразить против такого бесцеремонного обращения, как оказалась распростертой на покрывале.

— Массаж вам поможет, — пообещала Герда.

Миссис Шенер действовала как опытная массажистка. Ее руки, сильные и безжалостные, иногда причиняли боль. Франческа только ловила воздух раскрытым ртом.

— Да, он поступал порой неправильно, — бормотала горничная, продолжая массировать тело Франчески. — Человеку свойственно ошибаться, но он настоящий мужчина, вы должны это знать. Он будет вам чудесным любовником.