Пэтти Дэвис - Кабала

По мокрым улицам Белинда возвращалась домой. Дождь оставил после себя туманную дымку, полотно дороги влажно поблескивало, словно покрытое льдом, – теперь она встала на скованную льдом тропу, которая в обиходе зовется просто жизнью. Где-то далеко-далеко дорога становилась сухой, расширялась, делала плавные повороты – препятствий было уже меньше. Раньше ей, может быть, и удалось бы убедить себя в этом. Но только не теперь. И дело было вовсе не в том, что сейчас Белинда не могла посмотреть дальше, в будущее. Заглядывая туда, она видела одну только долгую, бесконечную зиму. И всюду лежал лед.

Сара старалась помочь Марку освоиться в новом жилище. Эксперимент по поправке здоровья под родительским кровом длился меньше недели, подтвердив правоту аксиомы – «в отчий дом уже не вернешься».

Сейчас ей хотелось только одного – выспаться. Ночью у Белинды она почти не сомкнула глаз, скорчившись на коротенькой кушетке, отгоняя образ Филлипа, стягивающего поясом руки Белинды. И как бы ее ни клонило в сон, она знала, что, как только закроет глаза, они сами раскроются вновь.

Квартира Марка располагалась на втором этаже старинного элегантного здания в Беверли-Хиллз. Паркетные полы, высокие потолки, большие окна выходят в тенистый двор. Взбираться по лестнице Марку в его теперешнем состоянии было трудно, и все же он категорически отвергал помощь сестры. Разрешил он ей наводить порядок, готовить чай и убирать со своего пути разбросанные тут и там книги и папки с документами, о которые легко было споткнуться.

– Мне не совсем удобно покидать дом, – признался он Саре, ковыляя по родительской гостиной с помощью палки – нога все еще покоилась в гипсе, который Сара расписала строчками из Артюра Рембо и Дороти Паркер. – Но мне надоело спускать еду в унитаз. Я знаю, мама старается изо всех сил, однако на самом деле мне необходимо что-то более существенное, чем мягкий сыр и сандвичи с джемом. Я даже не знал, что в магазинах все еще продают эту дрянь. Как ты думаешь, для кого вообще выпускают апельсиновый джем?

– Для матерей с ограниченным семейным бюджетом. Сядь и успокойся, Марк. Мне проще будет подмести, если ты перестанешь расхаживать, или, точнее говоря, ковылять по комнате.

– Я устал, – ответил Марк. – Устал сидеть, а еще больше устал лежать в постели.

– Может, в таком случае, примешь участие в каких-нибудь соревнованиях для инвалидов? Наверное, есть специальные виды для тех, кто ходит на костылях. А почему бы и нет? Мы же в Лос-Анджелесе, верно? Твоя сломанная нога вовсе не причина для того, чтобы набирать вес.

В тот момент, пока Сара рассуждала о спортивных состязаниях людей с ограниченной способностью двигаться, внимание ее вдруг привлек экран телевизора. Крупным планом выплыло вдруг изображение Филлипа, стоящего между двумя полицейскими в окружении толпы газетчиков. Находясь в центре некоего хаотического движения, Филлип смотрел прямо перед собой отсутствующим взглядом. «Молодая женщина по имени Белинда Пэрри обратилась в полицию с заявлением о том, что была изнасилована лидером религиозной группировки «Новая Эра», – сообщила ведущая программы новостей. Сара и Марк в молчании досмотрели выпуск до конца; оба были слишком потрясены для того, чтобы говорить.

– Господи, – сказала Сара, когда начали передавать прогноз погоды. – Наверное, она сделала это после того, как я ушла от нее сегодня утром. Она и словом не обмолвилась о том, что собирается… – она не закончила.

Внезапно Сара ощутила чувство обиды – из-за того, что подруга даже не посоветовалась с ней, не позвонила, не попросила отправиться туда вместе. Она понимала, как это эгоистично – думать в такую минуту о своих обидах, тем не менее душу тянуло неприятное чувство, что тебя оставили за бортом.

– Марк, мне необходимо увидеться с Белиндой. – Сара подхватила свою сумочку и плащ. – С тобой будет все в порядке?

– Конечно. Может, стоит отправиться с тобой?

– Не думаю, – ответила Сара. – Я не знаю, как она там. Боюсь, что, если я позвоню, она скажет, чтобы я не приезжала. Поэтому мне лучше прийти к ней и все.

Спускаясь по лестнице, на которой эхом отзывался перестук ее каблучков, Сара на минуту подумала, не поступила ли она только что с Марком так же, как, ей казалось, с ней самой поступила Белинда. Но это соображение мелькнуло и пропало, вытесненное образом Филлипа и беснующейся вокруг него толпы репортеров. Это еще чепуха, думала Сара, втягиваясь в вечерний поток машин бульвара Уилшир, дальше все будет гораздо хуже, и тогда вот Белинда окажется в полном тупике.