Пэтти Дэвис - Кабала

Идя вдоль дороги, она услышала за спиной шум приближающегося автомобиля и шагнула в сторону, чтобы пропустить его. На мгновение ее ослепил свет фар, и только через несколько секунд Сара поняла, что мимо пронесся черный «БМВ». Машина Филлипа. Но этого не может быть. Он же в тюрьме. Даже с его связями и деньгами вряд ли можно убраться оттуда так быстро. Но черный «БМВ» на улице Белинды? Именно этим вечером? Совпадения возможны, успокаивала себя Сара, хотя и не испытывала особой веры в совпадения. Прищурившись, она попыталась определить, кто сидит за рулем, и по мере удаления красных огоньков ей показалось, что машиной правит женщина.

Неожиданно для себя продрогнув, Сара открыла ключом дверцу автомобиля и, поеживаясь от холода, вслед за зажиганием на полную мощность включила отопитель. Вплотную придвинулись неопределенность и страх – будущее, полное неизвестности, не оставляло надежды на то, что ситуация изменится к лучшему. Возможно, со временем, но сначала будет еще хуже. Белинде придется давать показания против Филлипа, а после того как ее покажут по телевидению, наверняка найдутся те, кто захочет оставить на ее лице отпечаток своего кулака. Имя и адрес им уже известны. Сара понимала, что многие начнут смотреть на ее подругу как на преступницу или как на умалишенную, решившую пригвоздить к кресту их спасителя. На память пришли салемские процессы по делу ведьм – а кто сказал, что прошлое не может повториться? У каждого века свой вариант.

В одном нельзя сомневаться: отныне имена Белинды и Филлипа связаны и вполне возможно, что так оно и останется. Они будут упоминаться вместе людьми, их не знавшими, даже годы спустя. Студентами-юристами, проходящими тему «Изнасилования», или какими-нибудь фанатическими любителями скандалов, преследующими их участников. То, что выпало на долю Белинды, останется с ней навсегда, как обручальное кольцо на безымянном пальце. И надел это кольцо Филлип, превратив Белинду в подданную страны, где развод невозможен.

Сидя за рулем, Сара изо всех сил старалась не заснуть. В квартире она тут же бросилась повсюду включать свет, как ребенок, боящийся темноты. Автоответчик записал четыре звонка, но, когда она нажала на клавишу воспроизведения, первые два оказались ошибочными. Затем послышался голос ее агента.

«Сара, это Мириам. Что, черт побери, с тобой происходит? Я звонила тебе на прошлой неделе. Ты не удосужилась ответить, из чего я сделала вывод, что тебя по-прежнему носит по миру в компании этого Лотарио [9]из Совета директоров. У меня тогда еще была для тебя работа. Ты помнишь о ней, о работе? А сегодня вечером я включаю телевизор и слышу, как ты орешь на репортеров у дома твоей приятельницы, вместо того чтобы дать парням возможность хоть чуточку заработать. Но если ты хочешь добиться славы, тебе следует уделять побольше внимания собственной карьере, а не бить по головам людей, чей подоходный налог составляет сумму поменьше, чем у тебя. Если хочешь, позвони мне, а? Я дома, номер у тебя есть».

Сара опустилась на стул. Она совсем забыла перезвонить Мириам – теперь ей казалось, что это нужно было сделать месяц назад. К тому же ей, безусловно, необходима работа.

В комнате уже зазвучал голос Энтони. В отличие от Мириам он явно не смотрел выпуска новостей.

«Сара, куда ты пропала? Звоню тебе уже в третий раз – я-то думал, ты будешь дома. Захочешь позвонить – я весь вечер у себя».

В поисках какой-нибудь еды Сара заглянула в холодильник, но не обнаружила там ничего, кроме нескольких дряблых морковок и пакета апельсинового сока со вчерашним числом. Так, подумала она, это никуда не годится. Если в ближайшее время я не приступлю к работе, то никакой агент мне уже не понадобится.

Мириам сняла трубку после третьего гудка.

– Привет, это Сара.

– Что еще за Сара?

– Честное слово, прости меня. Просто я оказалась… ну, было уж слишком много всяких событий, и все до сих пор еще так неопределенно. Я помнила о твоем звонке и собиралась ответить, но…

– О'кей, о'кей, – перебила ее Мириам. – Похоже, ты, как в школе, собираешься рассказать мне о том, что твою домашнюю работу сжевал пес. Скажи другое – ты собираешься зарабатывать деньги? В Лос-Анджелесе вот-вот начнутся съемки, продлятся они недели четыре-пять, и пока еще у них нет художника по костюмам. Я не собираюсь тебя ни к чему подталкивать, если ты решила избавиться от меня. В конце концов, у меня есть репутация, о которой я должна побеспокоиться.