Наталия Рощина - Одержимость

– Я слушала выступление психолога. После нескольких лет совместного проживания муж и жена как бы становятся одним целым. Две половинки сливаются в одно прочное целое. Общие болезни, одинаковые интересы.

– Общие интересы? У мужчины и женщины? Как забавно! Допустим. Насчет болезней поподробнее, пожалуйста. К чему ты начала этот дурацкий разговор? Еще один способ вернуться к вопросу о сдаче спермы? – Он не думал скрывать раздражения, а Маша не на шутку обиделась. Вышла из комнаты с дрожащими губами и повлажневшими глазами. Ну вот! Некрасов не выносит женских слез. Он вскочил и бросился вдогонку. Маша взлетела по ступенькам, так что только у самого входа в спальню он успел схватить ее за локоть. – Эй, эй! Мы так не договаривались.

– Извини, что отвлекла тебя.

– Да ты что, взбесилась, что ли? Одуванчики так себя не ведут. – Некрасов попытался обратить все в шутку. Он устал после напряженного рабочего дня и не был настроен на вечернюю ссору.

– А я не молчаливое растение. Я – женщина, Андрон! Если ты еще помнишь об этом.

– Манюня, перестань.

– Перестала. – Маша резко высвободила руку, которую Андрон продолжал автоматически сжимать. – А по поводу болезней – вот послушай. Если муж встречается на стороне, он передает жене болезни своей любовницы. Представляешь, какой винегрет получается?

– Слушай, какая муха тебя укусила?

– Меня укусил бычий цепень! – прошипела Маша и скрылась за дверью спальни. При этом так громыхнула ею, что Некрасов невольно присел.

– Глупо! Глупо примерять все эти бредни к нам. Вокруг столько развелось прорицателей, психологов. Неужели ты воспринимаешь их всерьез? – выбросив руку в сторону закрытой двери, крикнул Андрон.

– Мне простительно. Я ведь дура набитая! – прокричала Маша из-за двери.

– Ты сама это сказала!..

Диалог на повышенных тонах через закрытую дверь отобрал остатки сил. Как все это некстати. Неделя выдалась напряженной. Он перессорился со всеми, а теперь и Машка в их числе. Андрон не мог понять, что происходит. Конфликты следовали один за другим. К тому же приходилось то и дело вступать в споры с Марковым. Уже не первый раз у них разногласия. Так они еще не ссорились никогда. Некрасов ясно дал понять, что последнее слово всегда было и будет за ним. Оказывается, он должен это доказывать. За кого его принимает Леонид Игнатьевич? Мысль промелькнула и обожгла.

Андрон устало вздохнул. Ему нужно разобраться: то ли он плохо объясняет, то ли его не хотят услышать. Кто поддерживает его по-настоящему бескорыстно? Вот что занимало его в этот вечер. Впервые Некрасов засомневался: Леонид Игнатьевич может оказаться оборотнем. На словах одно, а в мыслях – иное. Понять его в последнее время непросто. Он постоянно говорит о том, что никому нельзя доверять и только себя выставляет преданным и честным. Кстати, Марков советует ему не доверять Маше на все сто.

– Эти женщины… Они любого сведут с ума. – Его красивые черные брови взлетают вверх.

Сочетание черных бровей и абсолютно седых волос делало внешность Маркова колоритной. Андрон любовался им, завидуя его умению держаться, не бояться возраста. Завидовал по-хорошему, без зла. Только в глазах Маркова все чаще мелькал холод, от которого Некрасову становилось не по себе. Дядя Леня тоже может быть жестким, несговорчивым, желчным. Это прорывалось в коротких фразах, резких взглядах-молниях, пронизывающих насквозь. При этом он так часто говорит, что считает Андрона своим сыном. Кого он пытается в этом убедить? Не себя ли?

Дурацкий день. Он с самого начала не задался. С Марковым поцапался, и под конец – «сюрприз» в виде ссоры с Машей. Он не должен был цинично говорить о том, что для нее крайне важно. Все-таки он – мужчина. Ему нужно быть сдержаннее. Некрасов решил первым пойти на примирение. Напряженная атмосфера в доме требует разумного мужского подхода. Что с женщины возьмешь – сплошные эмоции. Они мешают рационально мыслить.

Андрон взялся за дверную ручку, но заходить не стал. Представил, что ему придется извиняться за то, в чем он, собственно, не чувствовал себя виноватым. Ему расхотелось выяснять отношения, снова что-то доказывать. К тому же он не уверен, что ему так уж хочется ощущать себя одним целым с Машей. Раньше – может быть. Но все течет, все меняется. И Маша изменилась. Он хочет, чтобы она стала такой, какой он ее встретил. Говорить с ней об этом бесполезно. Она не слышит того, что ей не нравится. И пожалуй, в этом похожа на него самого. Андрон усмехнулся: с кем поведешься… Могла бы перенять что-нибудь более полезное. Он медленно разжал пальцы. Еще мгновение смотрел на ручку двери, как будто ждал, что ее повернут изнутри. Не дождался. Маша затаилась за дверью, и Некрасов поспешил спуститься с гостиную. Впервые ему было так неуютно в собственном доме.