Эсси Саммерс - Розы в декабре

Её провели на борт, где было уже двое мужчин в толстых ковбойках и остроконечных шапках. Они сидели около груды каких-то приборов, палаток и шестов, ржавой кухонной плиты, кастрюль, котелков, почерневших от огня, канистр с ядом и ружей. На верхней палубе были привязаны пять собак.

— Знакомьтесь, Мардо Форсит и Род Стюарт... охотники на кроликов. Они будут охотиться в наших краях. Мисс Фиона Макдоналд, наша гувернантка.

Они отчалили и поплыли по озеру. На небе появились первые признаки близящегося заката. Охотники стояли на корме, собаки на верхней палубе заливались лаем. Мардо перегнулся к ним, прикрикнул, и они успокоились. То там, то сям возникали поросшие мелким кустарником островки. Шкипер обернулся и подмигнул Фионе:

— Идите сюда, мисс Макдоналд, я покажу вам самые красивые места.

Фиона с благодарностью подошла к нему. Все беспокойства развеялись перед величественным зрелищем. Впереди высилась гора Аспайринг. Ангус назвал ее по-маорийски — Тититеа, что значит сияющая гора-колонна. Гора Моту-тапу — священный край усопших, правильнее Мате-тапу. Но путешественник по имени Джолли назвал ее горой Перспайринг, то есть Потеющей, впервые увидев ее в жаркий день. Ангус рассказал ей, что озеро Ванака находится на высоте, превышающей девятьсот футов над уровнем моря, его глубина — тысяча футов. Озеро тридцать пять миль длиной и три шириной.

— Есть ли у него маорийская история? Насколько мне известно, эта часть острова Южного для них слишком холодна, но все эти маорийские названия...

— Да, вокруг озера были поселения. Маори пользовались перевалом Хааст. Они ходили через него на западное побережье в поисках зеленого камня — джадеита, очень твердого и высоко ими ценимого. Питались они рыбой, угрями и птицей — лесными голубями, какас векас. Вон видите место, его называют Шея, — он указал рукой вперед, — узкий проход между этим озером и озером Гавея, там была деревушка Ману-Каея, где ловили угрей и птиц. Она принадлежала племени Нгатимомое. Перевал использовали и для менее приятных целей... по нему проходили воины, неся с собой котлы для побежденных.

Фиона содрогнулась. Разве такое возможно среди этой красоты и покоя? Но разве ей самой не приходила частенько в голову мысль, что в ее родном краю гор, ущелий и озер земля окрашивалась не вересковым цветом?

— Скоро мы выпьем по чашечке чаю, мисс Макдоналд. Жена приготовила термосы и сандвичи. Ей ужасно хочется познакомиться с вами. Она тоже из Шотландии, но сюда приехала подростком. Она из Пиблза.

— Вы часто переплываете озеро?

— Зимой раз в две недели. Возим почту, хлеб и тому подобное. Иногда делаем неурочный рейс, как сейчас, когда везем охотников на кроликов.

— Так они все равно поехали бы только сегодня, даже если бы я нечаянно не задержалась? — радостно спросила Фиона.

— Нет, они собирались ехать с вами в понедельник. Они у нас уже пару дней...

— Я действительно была огорчена. Мистер Кэмпбелл, насколько я видела, расстроился.

— Мистеру Кэмпбеллу досталось за последнее время. Не берите в голову, он счастлив, что кто-то будет жить у них.

«Кто-то, только не я», — подумала Фиона.

Она открыла термосы. В одном был чай, в другом — кофе. Чай был отличный, как, впрочем, и сандвичи с сельдереем, сыром и изюмом (она нашла такое сочетание весьма аппетитным) и с беконом с томатным соусом. Трое остальных мужчин, продолжая разговор об охоте на кроликов, отправились в рубку. Мардо все время не спускал глаз с Фионы, так что она в конце концов смутилась. Она чувствовала бы себя естественнее, не будь рядом Эдварда Кэмпбелла, сердито посматривающего на нее. Она оживленно заговорила с Родом Стюартом, охотником помоложе. Кэмпбелл скривил губы. «Решил, что я заигрываю с этим юношей, — подумала Фиона. — Но я хочу быть со всеми дружелюбной, а не вести себя как чопорная дама. Да черт с ним, с этим Эдвардом Кэмпбеллом». Вся троица вновь отправилась на корму и пристроилась среди наваленного там груза. Фиона была рада остаться наедине со шкипером, тот не бросал на нее двусмысленных взглядов, а просто дружески беседовал.

— Скоро налетит шквал, — сказал Ангус.

И действительно, впереди можно было разглядеть пенные шапки волн. Внезапно Фионе стало легко и свободно. Это был ее мир, который она знала и любила: гонимые бешеным ветром волны, брызги в лицо, сбегающие к берегу холмы, сверкающие вдали горные пики, хотя и выше, и заснеженнее тех, что она видела с детства, но все равно свои. Для нее ширь озера, водная стихия были родным домом. Она почувствовала, как у нее радостно забилось сердце. Как же ей повезло, что она приехала сюда! Впервые с того самого момента, как ее встретил на летном поле Эдвард Кэмпбелл, Фиона вновь с надеждой смотрела в будущее. Лишь бы его домашние не были столь же непереносимыми, как он.