Линда Дэвис - Пустые зеркала

— А если все-таки заговорят?

— Теоретически такую возможность отбрасывать нельзя, но практически она маловероятна. Поверь, никто не сможет найти что-то общее между той юной девушкой и нынешней очаровательной дамой. Это исключено.

Он умеет убеждать, подумала Ева. Интересно, уверен ли он сам в своей правоте?

— Ты уверен в этом?

— Абсолютно.

— А как насчет того, что одна из наиболее опытных женщин-наркокурьеров Фрейзера внезапно исчезла из налаженной сети его империи? Каким образом вы вышли из положения?

— Ты сама помогла нам в этом. Все прекрасно знали, что ты была наркоманкой, разве не так? Мы пустили по своим каналам информацию, что ты приняла слишком большую дозу и умерла. Мы даже отыскали подходящее тело в Таиланде. Та женщина тоже была наркоманкой. В местных газетах появились сообщения о твоей смерти, и они наверняка дошли до Фрейзера и его ищеек. Сейчас они убеждены в том, что ты умерла от передозировки четыре года назад.

— Хорошо, и кто же я теперь? Под каким именем появлюсь перед Фрейзером?

— Ева, твоим прикрытием станет твое настоящее имя. Тебе незачем его скрывать. Мне кажется, это лучшее, что можно придумать. Сейчас ты избалованная богатая англичанка, которая приехала во Вьетнам, чтобы творить добрые дела и обучать местных ребятишек английскому языку. И лишь по случайному стечению обстоятельств попалась на глаза преуспевающему алмазодобытчику. Если все пройдет благополучно и тебе действительно удастся добраться до Фрейзера, ты должна быть готова к тому, что придется объехать с ним весь мир и даже, возможно, посетить Лондон, где тебя, естественно, многие знают. Именно поэтому твое настоящее имя показалось нам наиболее подходящим прикрытием.

Все просчитано до мелочей, удовлетворенно подумала Ева.

— И именно поэтому, моя дорогая, ты не имеешь права на ошибку, — продолжал Стормонт назидательным тоном. — Ты не должна заходить слишком далеко и подвергать опасности свою жизнь и всю операцию. В данных обстоятельствах ты не сможешь убежать, скрыться, сменить свое имя, как змея сбрасывает кожу, и снова уйти в себя, как это случилось в прошлый раз. Все, что ты сделаешь, останется с тобой на всю оставшуюся жизнь.

Ева отвернулась, пряча глаза.

— Превосходно, — неожиданно сказала она, оборачиваясь. — Я понимаю степень риска и готова к нему.

— И правила игры ты тоже, надеюсь, знаешь. Ты должна заставить Фрейзера работать на нас. С этой целью ты играешь роль легкомысленной женщины и расставляешь ему сети. Затем находишь какую-нибудь зацепку и сдаешь его нам. На этом твоя роль заканчивается. Повторяю, ты не должна наносить ему какой-либо вред по собственному разумению и по своей инициативе. Это тебе понятно?

Стормонт пристально смотрел на Еву, стараясь сделать так, чтобы между ними не осталось никаких недоразумений, чтобы во всем была полная ясность.

Ева смотрела на него прямым и доверчивым взглядом, давая ему возможность самым тщательным образом изучить ее реакцию.

— Когда я находилась в реабилитационной клинике и корчилась от боли во время ломки, мне действительно хотелось убить Фрейзера. А потом, когда мне стало намного лучше, я прочитала в газете о казни Сун и пожелала ему такой же смерти. Но те четыре года, что я провела во Вьетнаме, заставили меня изменить свое отношение к этому человеку. Я поняла — будет лучше, если я забуду о нем навсегда. Мне казалось, что сама мысль о нем может отравить мое существование. Нельзя же в самом деле жить только жаждой мести.

— Почему же тогда ты согласилась с моим предложением?

— Из-за обещания. Если помнишь, я тоже дала тебе обещание. Во время неисчислимых страданий от наркотического голода я жила единственной надеждой: отомстить Фрейзеру, заставить его испытать нечто подобное. Только это и помогло мне выжить и избавиться от пагубной страсти. Если бы не надежда, я сошла бы с ума. Конечно, мои слова похожи на шизофренический бред, но это правда, поверь мне. Понимаешь, меня вылечили не доктора, а ненависть к Фрейзеру и страстное желание отомстить ему. А потом все стало потихоньку затухать, по мере того как я набиралась сил и обретала утраченную уверенность в себе.

— А сейчас?

Ева говорила медленно, тщательно взвешивая каждое слово.

— Я отправлюсь к Фрейзеру и сдержу свое обещание, но по совсем иной причине. Я это сделаю для тебя и ради тебя. Я сделаю все, что ты хочешь, и лично вручу тебе этого мерзавца. Поверь, я уже порядком устала от насилия и не хочу мстить. Разумеется, если я почувствую его грязные лапы на своей шее, то отвечу ему аналогичным образом, словом, я сделаю это только при исключительных обстоятельствах.