Шобха Де - Одержимость

Минкс закрыла лицо руками.

— Но почему? Из-за дурацкого чувства вины? Разве лучше трахаться с такими подонками, как Ровер, только потому, что у них есть член? Чем я хуже? Тем, что Бог создал меня женщиной, а не мужчиной? Но ведь я люблю тебя!

— Да, да, да, черт возьми, именно потому, что тебя создали женщиной! — Амрита разрыдалась. — Мне хочется умереть от стыда. Умоляю, уйди, оставь меня. Убирайся из моей жизни!

Минкс презрительно процедила:

— Ха, так вот оно что! Вот что настраивает тебя против меня — то, что я не мужчина? Хорошо, я стану им, ради тебя. Я уже думала об этом. Встречалась с хирургами. Теми, что подправили мне грудь. Они согласны. Я медлила, но больше не буду, после твоих слов.

Глаза Амриты от ужаса стали как огромные плошки.

— Что за бред ты несешь?! О чем ты?

Взгляд у Минкс сделался совсем безумный.

— Тебе повторить? Изволь! Я собираюсь сделать операцию по перемене пола. Да, дорогая. Я сделаю это. Ты хочешь, чтоб в тебя входил член? Я всегда говорила, что за деньги можно купить все. Даже член, черт его возьми.

Амрита закричала в ответ:

— Может, так и происходит в твоем чокнутом мире. Но не для меня! Хочешь знать, что я думаю про твой безумный план? Думаю, он дурно пахнет! Возможно, тебе и прицепят пластиковый член. Но разве от него можно забеременеть? Можно зачать ребенка, наполнить им мое лоно?

Побелев как мел, Минкс схватила сигареты и выбежала из комнаты. Амрита обессиленно рухнула на постель. Любовная сцена, случившаяся этим утром, была безумной, безумной, безумной. Она пообещала себе, что это никогда не повторится. По крайней мере, ей удалось хоть ненадолго избавиться от Минкс. Ей необходимо было обдумать, что делать дальше. Девушка кинулась к телефону. Нужно срочно связаться с Партхой, сейчас или никогда. Минкс не будет дома больше часа. Дрожащими пальцами девушка набрала номер.

— Мы должны встретиться. Срочно. Мне нужна помощь.

— Через пятнадцать минут в Мачан, — последовал короткий ответ, и раздались короткие гудки отбоя. Амрита метнулась на кухню предупредить мать, что уходит, но наткнулась на отца. А вдруг он слышал ее разговор? Но нет, мистер Аггарвал не выглядел встревоженным. Она сказала, что спешит, быстро чмокнула его в щеку на прощание и убежала. Отцу оставалось только посмотреть вслед туманным розовым очертаниям ее фигуры, быстро удаляющейся через сад.

Партха курил трубку и что-то увлеченно читал, сидя за столиком напротив огромного французского окна с видом на бассейн. Амрита улыбнулась про себя. Он выглядел так солидно, так надежно! Элегантный деловой костюм. Зачесанные назад волосы, очки в золотой оправе.

Он поднялся ей навстречу.

— Вы похожи на свежий, только что сорванный цветок, — несколько высокопарно приветствовал он девушку.

— Спасибо, — и тут же, без лишних слов: — Мне нужна ваша помощь. Пообещайте, что поможете.

Партха снял очки, взмахнул рукой.

— Ну вот! Прямо так сразу! Ладно. Давайте спокойно и с самого сначала. Что стряслось?

— Стряслась она. Та девушка. Минкс. Минакши.

— И что с ней?

— Все.

— Да-а. Дело, кажется, серьезное…

— Нет, правда. Я ее боюсь.

— В каком смысле?

— Она… она маньяк.

— Всего-то? В мире полно маньяков, и чтоб вы знали — я один из них.

Амрита нетерпеливо фыркнула.

— Я не знаю, как сказать… Она способна на все. Даже убить кого-нибудь может… Ее надо остановить.

Партха выглядел скорее разочарованным, чем обеспокоенным.

— Типичное начало сценария для малобюджетного фильма. Хорошо, начнем по порядку. Простой вопрос. Если она маньячка или сумасшедшая, как вы говорите, — почему не обратиться в полицию? Почему ко мне?

Амрита подалась вперед и взволнованно затараторила:

— В полицию нельзя. У нее отец большая шишка, и мне никто не поверит.

Партха мягко взял ее за руки.

— Вам она чем-то навредила?

— Я беспокоюсь не за себя. А вам разве до других дела нет?

— Нисколько. — Он улыбнулся. — Не стоит переживать за людей. Они сами о себе позаботятся. Мой интерес в этом деле начинается с вас и кончается вами. Я не могу быть Дон Кихотом для всех.

Амрита с беспокойством оглядывалась.

— Вы не знаете ее. Она готова на все.

— Зачем ей все?

— Чтобы не отпустить меня. Теперь ясно?

Только сейчас в глазах Партхи появился интерес.

— Я понял. Она лесбиянка… или, как нынче говорят, «предпочитает альтернативную сексуальность». Бедняжка! Вам, с вашей внешностью, такие, как она, наверное, часто досаждают?