Шобха Де - Одержимость

Минкс закурила свои «Cartier», приглашающим жестом пододвинула пачку Партхе, откинулась на спинку стула.

— Возможно, — задумчиво сказала она. — Я давно ничего не писала.

Партха не стал настаивать и перевел взгляд на Амриту.

— И давно вы знаете это божественное создание?

Минкс погладила Амриту по щеке.

— Она и вправду особенная, единственная. Мы старые друзья. Амрита — дитя… крошка… она слишком доверчива. Бомбей — большой, опасный город. Я — ее ангел-хранитель.

Партха рассмеялся.

— В самом деле? А у меня создалось впечатление, что юная леди способна сама позаботиться о себе.

— Вы мало ее знаете. Немногие знают ее по-настоящему. Она — как хрупкий цветок.

Партха приподнял брови.

— Хрупкий цветок? — иронично переспросил он. — Какой-то конкретный цветок?

— Да, редкий и драгоценный цветок шафрана. Вы когда-нибудь видели цветущий шафран?

Партха с сожалением отрицательно качнул головой.

— Мне повезло, я видела, — похвасталась Минкс. — Когда я впервые увидела Амриту, то сразу поняла, что она мне напоминает — нежнейший цветок шафрана, что ценится за аромат, который он источает, когда ломаются тычинки.

Партха вздрогнул, Амрита густо покраснела.

— Оригинальные у вас ассоциации! Даже становится как-то не по себе. Но я вас понимаю, Амрита прекрасна.

Амрите до смерти хотелось домой, но Партха спросил:

— Ну, цветок шафрана, вы готовы к съемке?

Амрита кивнула, Минкс нежно погладила ее волосы.

— Моя крошка выглядит такой усталой. Давайте сделаем так: я подвезу ее, а вы возвращайтесь на совещание редакции. Думаю, оно вот-вот начнется.

— Откуда вы знаете? — удивленно воззрился на нее Партха.

Минкс встала и тщательно разгладила складки одежды.

— Я же стряпчий. Все знать — это моя работа.

Партха оплатил счет и проводил девушек до выхода. Он даже не пытался скрыть свое замешательство, вызванное последними словами Минкс.

— Кстати, — прибавила она, — один из министров подал в отставку. Еще двое скоро последуют его примеру. Пока мы доедали десерт, правительство пало. Возможно, пока мы пили кофе, к власти пришел новый премьер-министр. Того и гляди случится революция.

— Откуда мама знает мою подругу из Бомбея? — нарочито безразличным тоном осведомилась Амрита у брата. Тот удивленно вскинул брови:

— Мы все ее знаем. Она приходила сегодня утром. Когда ты долго не пишешь, она звонит и рассказывает о тебе. Она милая девушка. В этом вшивом городе я не знаю никого, кто был бы таким дружелюбным.

Амрита удержалась от того, чтобы говорить громко, и через минуту пришла Минкс.

— Привет! — Она приветливо помахала рукой Амришу. — Хорошо выглядишь, парень, — добавила она, одергивая на нем майку. Амриш вспыхнул, было видно, что ему приятно.

Минкс взяла Амриту за руку.

— Пойдем в твою комнату, нам о многом надо поговорить.

— Я думала, у тебя сегодня назначена пара встреч, — многозначительно ответила Амрита.

— Перебьются, все можно отменить, — пожала плечами Минкс. — Они не такие уж важные.

Она зашла в комнату Амриты и легла на ее кровать, запрокинув руки за голову.

— Ничего не замечаешь? — спросила она, изучая лицо Амриты.

Амрита печально рассматривала свое отражение в настольном зеркале. Ей показалось, что у нее вскочил прыщик.

— Нет, — ответила она, быстро взглянув на Минкс, и снова отвернулась.

— Посмотри еще раз… повнимательнее, — настаивала Минкс, протянув к ней руки.

Амрита повернулась и пустым взглядом посмотрела на Минкс.

— Ничего.

Быстрым движением Минкс сбросила с себя блузку, одновременно прикрывая дверь, чтоб Амрита не могла вырваться и убежать. Минкс стояла перед ней, заставляя Амриту смотреть на нее. На Минкс не было лифчика, она никогда его не носила. Ее тугие соски обычно просвечивали через обтягивающую белую майку. Минкс часто носила такие. Она подняла руки и поднесла их к лицу Амриты.

— Посмотри внимательно, дорогая… ведь я сделала это для тебя, — прошептала она. Амрита прятала глаза. Она не могла заставить себя посмотреть на Минкс. Та нежно взяла бессильно повисшую руку Амриты. Расправив кисть Амриты, Минкс провела ее указательным пальцем по своему телу, заставив нащупать рваный шрам, который начинался под грудью и шел до подмышки. — Потрогай его, он совсем свежий. Знаешь, что это?

Амрита подняла глаза и отшатнулась в испуге.

— Господи! Тебя ранили?

Минкс тихо засмеялась.

— Нет, сладкая моя. Меня никто не ранил. Я сама. Я думала, что это доставит тебе радость.