Даниэла Стил - Возвращение

Я повернулась к сидевшему рядом Гордону. Его точеное лицо было повернуто в профиль, борода выдавалась вперед, глаза были закрыты… Вдруг его рука дернулась, и бокал полетел в огонь. Раздался звон бьющегося стекла. Я знала, что означал этот жест. Разбитый бокал. Разбитая жизнь. Все кончено.

Гордон безмолвно встал, подал мне пальто, и мы медленно пошли к дверям.

По пути в отель мы сидели молча, держались за руки и смотрели на пролетающий мимо город. Вдоль тротуаров еще лежали остатки начинавшего темнеть снега.

Машина остановилась у отеля, и Гордон хотел было встать, но шофер уже открыл мне дверь.

— Нет, не выходи. Пожалуйста, — хрипло попросила я. Гордон обнял меня и поцеловал в макушку. Я запрокинула голову, и мы поцеловались. Из-под плотно сжатых век сочились слезы и скатывались от уголков к вискам. Потом я открыла глаза и увидела, что Гордон тоже плачет…

— Я люблю тебя, Гордон…

— До свидания, родная. Я буду думать о тебе.

Я выскользнула из машины и не оглядываясь побежала к вращающейся двери. До свидания… до свидания… аи revoir [17], не adieu [18]…

Какой смысл мечтать о том, что могло бы быть у нас с Гордоном? Я выбрала Криса. Лифт вез меня наверх, а я крепко закрыла глаза и неслышно шептала:

— Я люблю Криса… Я люблю Криса… Я люблю…

Полет в Калифорнию прошел спокойно, но немного странно. Я чувствовала себя заключенной в кокон — место, где можно укрыться от всех и подумать. Мне предоставили пять часов, чтобы полностью отрешиться от мира Гордона и вновь вступить в мир Криса, и я была благодарна провидению, подарившему мне немного времени, чтобы побыть наедине с собой. Страшновато, если такая метаморфоза происходит на глазах у людей…

Сердце болезненно сжалось, когда самолет взмыл над нью-йоркскими небоскребами и места, которые так много значили для меня в последние месяцы, начали стремительно уменьшаться. Но стоило нам соскользнуть по противоположному концу радуги и закружиться над полуостровом, приближаясь к Сан-Франциско, как во мне стало расти возбуждение. Я возвращалась к Крису… к Крису… к Крису!

Я посмотрела на Сэм и сжала ее руку. Наконец-то мы дома. Аллилуйя, малышка!

Самолет прибыл вовремя. В аэропорту нас встречал Крис, и при виде его что-то вспыхнуло у меня внутри. Эта мальчишеская улыбка предназначалась только мне. Мы поглядели друг другу в глаза и поняли, что правы. Нью-Йорк, Гордон, Джулия Вейнтрауб остались за миллион миль отсюда, на другой планете.

— У тебя усталый вид. Трудный был полет?

— Наоборот, легкий. Трудной была предыдущая неделя. Пришлось провернуть уйму дел. — Если бы во всем была виновата только работа…

Мы взяли чемоданы и расположились в автобусе «Фольксваген», который Крис одолжил у приятеля. Я ожидала, что Саманта вот-вот начнет рассказывать о «Роллс-Ройсе», и затаила дыхание. Но она не произнесла ни слова. В один прекрасный день — скажем, месяца через два — все это так или иначе выплывет наружу, и случится это в самый неожиданный момент. Но тогда это уже не будет иметь никакого значения.

Мы въехали в город, и я осмотрелась по сторонам, испытывая невероятное чувство облегчения. Боже, я здесь… Наконец-то! Сан-Франциско всегда заставлял меня затаить дыхание и пережить ощущение птицы, готовой устремиться в полет. Мне хотелось объехать весь город и увидеть любимые места, но разве от Криса такого дождешься? Его никогда не интересовали мои желания. Поэтому мы поехали прямо домой, бросили чемоданы посреди гостиной, и я прямиком устремилась к холодильнику. Там было пусто… Добро пожаловать домой! Две початые бутылки газированной воды, три кокоса, заплесневелый лимон и горшочек с арахисовым маслом, к которому скорее всего не прикасались с самого июля.

— Крис, а есть нечего…

— Знаю. Еще рано, успеем заехать в магазин. Ты поведешь машину, а я — автобус. Надо вернуть его владельцу.

— А как быть с Сэм?

— Возьмем ее с собой.

— О'кей, но я хочу уложить ее пораньше. Во-первых, девочка привыкла к нью-йоркскому времени, а во-вторых, устала от полета.

— Что-то не похоже… — Сэм стрелой промчалась мимо и кинулась в «ее собственную» комнату.

Ну что ж, я знала, на что шла… Холодильник пуст, надо ехать в магазин, никаких роз, не говоря уже о шампанском. Хорошего понемногу. Ничего другого ждать не приходилось. Я сама предпочла заплесневелые лимоны и бутылки с содовой водой розам и шампанскому. Впрочем, я не слишком из-за этого переживала. Сейчас мне хотелось ехать с Крисом в магазин и отгонять хозяину взятый взаймы «Фольксваген».