Даниэла Стил - Возвращение

— О чем задумалась, Джилл?

О том, что я люблю тебя. — Все верно. Вот он, мой дом, и это здорово. Я влезла в свои старые джинсы с испорченной «молнией», которую заменяла английская булавка, надела свитер Криса, накинула дождевик, и мы все вместе отправились возвращать автобус и покупать продукты. Крис в роли отца семейства. Неподражаемо. Я готова была лопнуть от счастья.

Когда мы вышли из дома, я кое о чем вспомнила.

— Крис… А как нам быть с малышом?

— Успокойся, пожалуйста. Ты здесь всего час, а уже ноешь. Найдем ему место. Ради бога, не беспокойся об этом.

— Я не беспокоюсь, а просто думаю.

— Значит, перестань думать. Я буду ждать тебя на Сейфвэй через десять минут. — Он потрепал меня по щеке, помахал рукой и тронулся с места, но вдруг, включив заднюю передачу, чуть не врезался в передок моей машины. Слава богу, что я не успела нажать на газ.

— Соблюдай дистанцию!

— О'кей… Эй!.. Перестань хулиганить! — Я сдала немного назад.

— Пошла к черту. — Он улыбнулся, и «Фольксваген» тронулся.

— Сам пошел к черту, балбес… — О господи, как все-таки хорошо дома. Конечно, тут не так элегантно, и ничто не напоминает волшебную сказку, но это моя сказка и в то же время быль. Обыденная и прекрасная одновременно. Как Крис.

Крис обитал в обветшавшем доме викторианской постройки, стоявшем на Сакраменто-стрит. Отсюда было рукой подать до фешенебельного района Тихоокеанских высоток. Соседство было приятное, но все же не слишком тесное. Мы жили на западной окраине города, где утренний туман порой застаивался почти до полудня, когда центр уже вовсю заливало солнце. А в пять часов туман ложился снова, и по ночам издалека чуть слышно доносились звуки ревуна.

Сан-Франциско всегда казался мне очаровательным, чуть ли не городом моей мечты. И дело было вовсе не во множестве олеографических красот. Здесь было легко. Местный стиль жизни напоминал европейский. Люди тут были дружелюбны, но не напоказ, как в Лос-Анджелесе, а по-настоящему, в стиле небольших городков Запада. Это был гигант, который не казался гигантом. Здесь в любую минуту можно было очутиться в деревне на пляже, а в двух часах езды возвышались огромные горные пики. Воздух всегда оставался свежим; кроме того, у нас был крошечный сад, где Саманта копала червей или рассматривала улиток. Сам по себе дом чем-то напоминал бомбоубежище. Из него можно было бы сделать конфетку, если бы Крис не ленился. Но у него вечно не доходили до этого руки, и в результате дом ветшал с каждым годом. Викторианские особняки очень распространены в Сан-Франциско. Фасады у них очаровательны, но внутри творится бог знает что: паркет вздут, потолки перекошены, а окна сплошь и рядом выбиты…

На следующее утро после приезда я повернулась на спину, посмотрела в потолок, а потом выглянула в окно, любуясь деревьями в саду. Стояла такая тишина, что я почувствовала себя словно в деревне. Вид спящего Криса заставил меня улыбнуться. Не будь его, я все равно любила бы Сан-Франциско. Ведь я привязалась к нему всей душой раньше, чем к этому мужчине. За дверью послышались шаги Саманты, и я встала, чтобы приготовить ей завтрак. Никаких уговоров скушать что-нибудь «за папу, за маму» ей больше не требовалось. И во многом благодаря Крису. Отныне мы с Сэм не были одиноки.

Когда я вылезла из кровати, Крис перекатился на бок и приоткрыл один глаз.

— Который час? Ложись обратно…

— Пора кормить Сэм, — ответила я и поцеловала его. — Доброе утро! Я так рада, что вернулась домой, Крис…

— Конечно, милая. Не принесешь мне стакан апельсинового сока?

— Я приготовлю тебе кое-что получше. Оставайся в постели, я скажу тебе, когда будет готов завтрак.

— О'кей. — Тут он отвернулся и снова уснул. Во сне Крис выглядел совсем мальчишкой: взъерошенные волосы, руки под щекой, одеяло натянуто наголову…

Завтрак был долгим и шумным. Мы решали, чем заняться днем. У Криса были дела в городе, а Саманте непременно хотелось «сходить к Джулиусу». Так она называла игровую площадку Джулиуса Кана.

— Давай отложим на завтра, Сэм. Надо побыть дома, распаковать вещи и немного прибраться. Ты не поможешь маме?

— Не хочу. — И она тут же ударилась в слезы.

— Ладно, тогда накопай червяков в саду. — Батюшки, что это со мной?

— Хорошая мысль, мамочка. Может, я и тебе накопаю. — Благодарю покорно…

Я собиралась разобрать вещи, но больше всего мне хотелось привести в порядок дом. Прежде здесь жил один Крис, но теперь кое-что придется переделать. Конечно, ремонт и перестройка по части Криса, а мое дело — веник, мыло и побольше горячей воды. Кроме того, надо повесить новые занавески, постелить покрывало… Господи, а ванные-то!