Барри Лонгиер - Город Барабу

– Умелец всегда может заработать себе на жизнь, Бородавка, но чтобы сделать по-настоящему большие деньги, надо подвязаться к какому-нибудь шоу. Цирк – естественная среда обитания простофиль; следовательно, именно там их должен наблюдать и изучать подлинный ученый.

– Ученый?

Бостонский Франт усмехнулся, блеснув двумя золотыми зубами:

– Мы не игроки, мой бугорчатый друг. Игроки рискуют.

Он показал на одного из пассажиров шаттла, чересчур толстого парня в коричневом костюме. Тот сидел в кресле, ссутулясь и надвинув на глаза соломенную шляпу.

– Это Джек-Джек, один из наших наиболее выдающихся ученых. У него есть игра «Три Карты Монте»…

– Он шулер!

Бостонский Франт пожал плечами:

– Ну, это одно из самых косных утверждений, какие я когда-либо слышал. Джек-Джек не только ученый, но и артист.

Я потер подбородок и кивнул. Мне уже рассказывали об игре под названием «Три Карты Монте», ничего сложного в ней вроде бы не было. Карты кладутся на плоскую поверхность. «Простак» поднимает одну карту, смотрит ее, потом кладет рядом с двумя другими. Шулер передвигает карты, останавливается и приглашает клиента перевернуть свою. Я улыбнулся, потому что у пендианцев очень цепкий глаз, а я к тому же еще и гордился своей способностью фиксировать малейшее движение руки. Повернувшись к Бостонскому Франту, я сказал:

– Хотелось бы увидеть вашу так называемую науку.

Франт согласно кивнул, мы оба поднялись и подошли к мирно дремавшему в кресле Джек-Джеку. Сели. Франт расположился у окна, а я непосредственно напротив этого жирного карточного виртуоза. Мой спутник наклонился и произнес:

– Джек-Джек, я привел к тебе искателя мудрости.

Правая рука шулера ожила, поднялась и одним пальцем сдвинула шляпу на затылок. Маленькие, невыразительные глаза посмотрели на меня.

– Так ты, приятель, пришел учиться, а?

Я фыркнул и поднял брови:

– Хочу посмотреть твою игру. Ничего трудного в «Трех Картах Монте», по-моему, нет.

Сохраняя бесстрастное выражение лица, Джек-Джек опустил руку в карман.

– А-а… Драгоценнейший урок витает над твоей кочковатой головой, и когда этот урок опустится тебе на плечи, ты поймешь науку.

Бостонский Франт опустил откидной столик.

– Джек-Джек, я условился с Хозяином, что мы не «стрижем» членов труппы.

Джек-Джек пожал плечами.

– Под научные исследования надо выделять фонды, Бостонский Франт. Если этот приятель… как его зовут?

– Бородавка Тхо, он с Пендии. Ведет маршрутный журнал, и мистер Джон хочет, чтобы он написал немного и о нас.

Шулер кивнул и извлек из кармана запечатанную колоду карт.

– Пендианец?

– Верно.

– У пендианцев острые глаза, так ведь?

Я улыбнулся, заметив, что за фасадом уверенности что-то дрогнуло.

– Очень острые.

Джек-Джек распечатал колоду и достал карты. Потом разложил их на столе, лицом вверх и вытащил двух валетов. Посмотрел на меня:

– У тебя есть любимая карта?

Я пожал плечами, подался вперед и ткнул пальцем в червового туза:

– Эта.

Джек-Джек собрал остальные карты и убрал их в коробку, которую затем опустил в карман. Положив три выбранные карты лицом вверх, он повернулся к Бостонскому Франту.

– Как я уже говорил, на научные исследования нужно выделять фонды. У меня есть определенные расходы на оборудование. Да ты видел, сколько стоят теперь карты? Этот парень научится кое-чему, что ему всегда пригодится, а образованию, разумеется, требуются инвестиции.

Бостонский Франт посмотрел на меня, а я в свою очередь на Джек-Джека.

– О какого рода инвестициях вы говорите?

Уголки рта шулера печально опустились.

– О, приятель, ровно столько, сколько требует обычай. Один кредит – вполне приемлемая сумма, а?

Франт ткнул меня в бок:

– Не забудь напомнить мистеру Джону, что я сопротивлялся этой сделке. Договорились?

– Договорились. – Я достал из кармана один кредит и положил бумажку на стол. Рядом тут же легла другая, извлеченная Джек-Джеком из внушительной пачки. Шулер сунул деньги в карман и разложил карты так, что туз оказался посередине.

– Ну, приятель, сейчас я переверну карты, поменяю их местами, а тебе надо будет вытащить свою.

– Понятно.

На моих глазах Джек-Джек щелкнул каждой картой, перевернул их и разложил в ряд. Я заметил, что уголок средней слегка загнут. Увидеть это мог только пендианец. Джек-Джек начал двигать карты по столу, перемещая их по кругу, и следить за тузом не составляло труда. Шулер остановился, посмотрел на меня и улыбнулся: